Мадина впервые приходит ко мне в гости, и ее выражение лица говорит лучше слов. Она в ужасе. В ужасе от того, как и где я живу. Такие, как она, даже не представляют, что такое выживать. Мне стыдно, но вместе с тем я наполняюсь решимостью переменить свою жизнь, и пусть я для этого продаюсь, потом всё будет не важно.
Потом… Это «потом» означает, что в моей жизни не будет Мирзоева. Рано или поздно мы расстанемся. Вернее, он меня бросит. Выберет себе равную девушку. Из своих.
Уже ночью лежу на продавленной раскладушке и белой завистью завидую Мадине.
Меня до глубины души поразило, что она верит Ратмиру. Бабнику, мажору, парню, который ее шантажировал и вынуждал переступать через саму себя."
"А теперь они собираются пожениться, и видно, что Мадина беззаветно влюблена. Неужели и у нас с Халидом может что-то поменяться? Неужели у нас есть надежда? Не хочу верить, не хочу надеяться, но глупое влюбленное сердечко так и стучит, когда я думаю о нашем будущем, где мы открыто встречаемся и признаемся в своих чувствах.
* * *Все мои глупые и наивные надежды и мечты рассыпаются в прах, когда наступает свадьба Мадины и Ратмира. Конечно же, я приглашена, только вот кавказская свадьба совсем не похожа на русскую. Жених и невеста находятся в разных помещениях! Что это за праздник такой, если влюбленные не могут даже за руки подержаться? Никаких тебе «горько» и прочих атрибутов обычных в моем понимании свадеб.
Конечно, я вежливо держу свои комментарии при себе. Это всё меня мало волнует и отходит на второй план, когда я вижу Халида.
Смотрю издали, подойти не смею, даже взгляда прямого не бросаю, это исключено. Мы здесь как чужие, он среди своих, чувствует себя комфортно, а я ему никто. Пустое место.
Вот они, наши отношения, во всей красе, как они есть. Мы оба – грязные секреты друг друга, а на людях не можем даже переглянуться. Горько и обидно, но чего я хотела? Мне некого винить в сложившейся ситуации, кроме как саму себя.
И даже это не самое худшее. Пойдя в туалет, останавливаюсь на месте, услышав фамилию Мирзоева, какие-то тетки в цветастых нарядах обсуждают семью моего парня, да так громко, что слышу каждое слово.
Подслушивать плохо, но как избежать искушения? Всё, что касается Халида, вызывает у меня острое, болезненное любопытство.
– Вот дети выросли! – причитает одна из теток, ужасно толстая и с крупным крючковатым носом. – Сын Хасана женится сегодня, да ниспошлет им Аллах здоровых детей, а следующим будет сын Ислама. Погуляем скоро на его свадьбе.
