– Так всё же? В чем вообще смысл всего этого? Зачем морить себя голодом из-за каких-то глупых убеждений? Нет ничего естественнее, чем есть мясо, – демонстративно вгрызается он в свой стейк."
"– Не смей лезть ко мне, пока не почистишь зубы, – морщусь я, думая о судьбе той бедной коровушки, что он с таким аппетитом пожирает.
– Какие мы нежные, – лишь цокает он языком.
– И к твоему сведению, я не морю себя голодом. Есть много продуктов, способных заменить животный белок…
– Чушь, ничто не заменит мясо, и ты знала бы это, перестань страдать херней.
– Знаешь что… А давай заключим пари? – приходит мне в голову внезапная идея.
– Пари? – загорелись его глаза азартом.
– Ага, ты отказываешься от мяса на месяц, и я выполняю любое твое желание, – улыбаюсь я тому, каким кислым становится его лицо.
– С ума сошла? Чтобы я отказался от мяса?.. А минет сделаешь? – тут же прерывает он собственное возмущение вопросом, который заставляет меня поперхнутся и закашлять.
– Господи, какой же ты…
– Какой? Если уж я откажусь от мяса, я точно должен знать, что это того стоит.
– Сдался тебе этот…
– Минет, – услужливо подсказывает он с гаденькой улыбкой. – Ну так что? Сделаешь? – заставляя меня покраснеть, настаивает он.
Ну не гад ли, а? Мирзоев просто помешался на этом минете, который я напрочь отказывалась делать, будь он неладен! И кто тянул меня за язык?! Ну не отказываться же теперь…
– Ладно, сделаю, – бравирую я. – Но откуда мне знать, что ты не схитришь?
– Мое слово дорогого стоит, Губастая, это последний стейк в этом месяце.
* * *– Не будь таким довольным, – усмехаюсь я, обратив внимание, с каким видом выходит Мирзоев из машины, когда мы останавливаемся возле его дома. – Ты не выдержишь без мяса.
– Ты плохо меня знаешь, – парирует он, убирая руки в карманы и стоя на парковке, чтобы продолжить наш спор. – Ради подготовки к соревнованиям я и не такие диеты выдерживал. Так что ради минета я тем более готов постараться.
– Фу, а потише нельзя?! – моему возмущению нет предела. – Ты бы еще рупор взял и раструбил на всю парковку, чего ты от меня хочешь! В чем вообще смысл всего этого? Из-за чего ты готов так страдать?
– О-о-о, сколько тебе еще предстоит понять, – задумчиво растягивает он слова, заставляя меня смущенно топтаться на месте, прятать глаза и краснеть.
Чувствую себя ужасно неловко и уже жалею, что затронула эту тему. Надо было молчать и не развивать ее за обедом, не реагировать на то, что лежит в его тарелке. Какое мне дело? Мирзоев упрямый.
