"
"Значит, стрелял, но куда делась прореха на свитере? Так искусно заштопали, что незаметно?
Он прогулялся по бору, чувствуя, как крепнут мышцы и разворачиваются легкие, потом решил сходить до своего дупла, где оставался рюкзак с продуктами, и когда его не обнаружил, думал вернуться назад, но тут узрел на далеком материковом берегу за болотом огненные осины и желтые березы – осень! Сентябрь!
Мысль эта почему-то его ужаснула, в первый миг сделала беспомощным, но потом подстегнула – неужели пролежал в подземелье все лето?! А что если он не стрелял, и Женю Семенову давно нашли? Ведь искали же профессионалы из органов, на самолетах, с десантом…
Нашли, и она сейчас в лагере полевого отряда на Зоревой!
Он запомнил настоящее название речки, если только это было не в бреду…
Немедля тем же утром Рассохин пошел к залому и первые километры еще прислушивался к себе, задирал рубаху и смотрел рану, не кровоточит ли, но организм, должно быть, уже переборол все болезни и движение доставляло радость.
Неторопким шагом, с передышками он добрался к вечеру до залома и там распалил огромный костер, благо что лес за лето просыхал до звона и дров было навалом.
Еще теплилась надежда – зарево увидят со стана и приедут на лодке, но кроме далекого лязга ковшей драги и гула дизелей, до самого рассвета не донеслось более ни звука.
На восходе он вышел в сторону лагеря и сразу же ощутил последствия вчерашней нагрузки – болели все мышцы, особенно икроножные, так что с ходу валежины не перешагнуть. Только через час кое-как размялся и к полудню прибрел на стан, где не оказалось ни единого человека, даже дежурного.
Рассохин вскипятил чай, открыл банку сгущенки и устроился возле костра. Отряд на месторождении работал в стационарном режиме, если и были маршруты, то однодневные, так что к вечеру должны были собраться, но оказалось, геологи нынче жили кучеряво, на обед ходили в лагерь. Первым пришел геолог Галкин, видимо, дежурный по кухне, на Стаса глянул мельком и крикнул:
– Кузя, сходи за водой! – и полез в свою палатку.
Обознался, принял за техника Кузнецова…
– Где Женя Семенова? – спросил Рассохин.
Галя сдал назад, обернулся и, оступившись, рухнул с палаточного основания. Вскочил, помотал головой.
– Рассоха?!
– Отроковица нашлась?
На полусогнутых ногах Галкин приблизился к костру. И, словно опасаясь его, сел поодаль.
– Точно, Рассоха! Но тебя же убили? И эту, отроковицу!..
– Кто сказал?
– Майор прилетал, кагэбэшный…
– А как Женю убили? – после паузы спросил Стас.
