Как будто его никогда и не существовало на свете.
– Мне очень жаль, – сказала она. – Но, во всяком случае, из наших врагов в живых остался только один.
– Как же ему удалось бежать?
В вопросе звучал откровенный упрек Эрику и ее друзьям, а этого она не могла допустить. Лэрд Данби протирал штаны, сидя под защитой стен замка, а они рисковали жизнью, спасая ее. Бетия была потрясена его черствостью. Еще никогда не была она так зла на отца. Она могла думать только о том, как бы заступиться за людей, пришедших ей на выручку.
«Мой отец – лэрд, – сурово напомнила она себе. – У него есть право судить своих людей».
Бетия удивилась, почему эта отговорка не успокоила ее, затем решила, что просто очень устала, чтобы рассуждать разумно.
– Уильям использовал своих людей как щит, – ответил Эрик. – Нам не удалось убить их достаточно быстро, чтобы добраться до него."
"Лорд Драммонд хмыкнул, раздраженно взглянул на Эрика и снова уставился в тарелку. Бетия тоскливо вздохнула и попыталась съесть хоть что-нибудь.
Ее отец не любил, когда ему перечили, даже в самой вежливой форме. Хуже того, она чувствовала холодное бешенство Эрика. Хотя Бетия понимала его обиду за себя и других людей, она надеялась, что он сможет совладать с собой. Девушка не хотела оказаться между двух огней.
Было сделано еще несколько замечаний о ее похищении и о том, что Уильям все еще представляет собой угрозу. Отец критиковал, а Эрик и Уоллес защищались. Это был не бог весть какой спор, но Бетия вскоре поняла, что не в силах терпеть.
Еда, которую ей удалось съесть, теперь камнем лежала в желудке, а аппетит совсем пропал.
– Я пойду лягу, – сказала она Эрику так, чтобы услышали родители.
Эрик поцеловал ее в щеку:
– Я скоро приду к тебе.
– Эрик, – прошептала Бетия, опасаясь, что он даст волю гневу, как только она уйдет.
– Не бойся, радость моя. Я буду держать себя в руках.
Бетия кивнула и вышла из зала. То, что он с легкостью угадывает ее мысли, льстило и обескураживало. «Надеюсь, – подумала она, – это оттого, что он хорошо меня понимает, а не оттого, что мое лицо как открытая книга».
Если Эрик может читать по ее лицу, значит, смогут и другие, а девушка не хотела, чтобы родители видели ее гнев и раздражение, которые ей с каждым днем становилось все труднее сдерживать.
– Ты там не задержалась, – сказала Гризелла, когда Бетия вошла в спальню.
– Я почти ничего не смогла съесть, – ответила Бетия, пока Гризелла снимала с нее платье.
