Пытаясь побороть дурное предчувствие, он подошел к Катрионе и Элизабет, веселившимся с двумя молодыми придворными.
– Миледи, – пробормотал он, кивая их кавалерам. – Разве моя жена не с вами?
– Нет, а должна быть? – спросила леди Катриона.
– Она написала мне, что ушла с вами на рынок.
– Она не вернулась с нами.
– Почему?
– Она никак не могла решить, какое кружево выбрать, не так ли, Элизабет?
Элизабет кивнула и пробормотала:
– Верно, только она выбирала тесьму.
– И вы не подождали, пока она закончит?
– Нет, а что, надо было? – округлила глаза Катриона.
– Бетия сказала, что догонит нас. Она, наверное, в комнате.
– Нет, я только что оттуда.
– Тогда не знаю, где она может быть.
Эрик с трудом подавил желание схватить Катриону за ворот и трясти ее до тех пор, пока она не скажет, где Бетия и что с ней. Хотя он чувствовал, что Катриона что-то не договаривает, он понимал, что она, возможно, не понимает, почему ему так важно знать, где его жена, и почему ей опасно находиться одной.
Он извинился и поспешил к выходу из зала.
Эрик собирался еще раз заглянуть в спальню, а потом отправиться на поиски. Маловероятно, конечно, но, может быть, Катриона и Элизабет, дурачась, бросили ее одну на рынке, чтобы попугать немного. Если же Бетия сама по глупости отослала их, оставшись на рынке одна и без охраны, Эрик был уверен, что она успеет понять недальновидность этого поступка, прежде чем он найдет ее.
Бетия с опаской покосилась на тенистую аллею, около которой стояла. Дженет торговалась с зеленщиком.
Слушать их спор было поначалу забавно, но в конце концов девушка отошла в сторонку, чтобы в ушах перестало звенеть от их криков. Мысль вернуться обратно и снова слушать их перебранку показалась ей лишенной смысла.
Только она подумала о том, что останется стоять здесь, несмотря на желание отойти подальше от аллеи, как чья-то ладонь зажала ей рот и ее затащили поглубже в тень. Бетия укусила чуть не задушившую ее руку и услышала сдавленное проклятие. Грубый голос рядом с ухом заставил ее похолодеть.
– Ах ты, сучка, – прорычал Уильям, схватив ее за шею, – ты за все мне заплатишь.
– Вы сошли с ума, если решили, что сможете убить меня здесь. Все поймут, что это сделали вы, – просипела Бетия.
– Думаешь, меня это волнует? Из-за твоего мужа все считают меня преступником, и я вынужден провести остаток жизни, убегая и скрываясь. Позволить ему узнать, кто убил тебя, и затем посмотреть, как он попытается защитить мальчишку, – вот лучшая месть в моем положении.
