– Немного? И сколько же времени потребуется, чтобы привести девчонку и послать за священником? Мы сразу же обвенчаемся! – Мортейн шагнул к лестнице, ведущей на верхние этажи. – Линетт! Спускайтесь вниз приветствовать вашего мужа!
Когда в ответ на это никто не появился, Роджер выругался и поклялся, что своевольница заплатит за это.
– Нетта не может вас слышать, – пролепетал Уиклифф, когда Роджер шагнул к нему. – Берсеркер ворвался к нам около двух недель назад и потребовал Линетт в жены, – на одном дыхании выпалил он.
И метнулся с кресла, поскольку руки Роджера уже готовы были сомкнуться на его толстой шее.
– Он не оставил мне выбора, – верещал барон. – Я опасался за свою жизнь! Он заставил меня подписать брачный контракт.
Уиклифф отдал Линетт берсеркеру?
Дикарю. Варвару. Ублюдку! Бастарду!
Роджер взорвался от гнева. Линетт принадлежит ему! Он должен привезти ее домой с триумфом."
"Он грохнул кулаком по столу. Позолоченные кубки, полные вина, опрокинулись. Подносы с жирной бараниной Роджер сбросил на пол.
Изрыгая проклятия, Мортейн стиснул потную шею барона. Он не обращал внимания на женский визг и хрипы Уиклиффа до тех пор, пока трое слуг барона не вцепились в него словно пиявки.
Барон, трясясь с головы до ног, пропищал:
– Клянусь, я не мог справиться с берсеркером! Возможно, это к лучшему. Наверняка вы предпочтете одну из моих прелестных послушных дочерей этой ведьме Линетт.
Присцилла и Элизабет, которых мать вытолкнула вперед, так рыдали, что у них покраснели носы.
Девушки хотели замуж, но не за такого безумца!
Роджер на них даже не взглянул. Приданое обеих, вместе взятое, не сравнить с Кар-Колдуэллом. Только после того как Уиклифф поклялся попросить помощи у своего сюзерена, барона Хью Карсуэлла, Роджер наконец перестал бесноваться. Он вырвал из кулака Уиклиффа изумруд, бросил его в шкатулку и захлопнул крышку. Пока Линетт не окажется в постели Роджера, барону Уиклиффу не видать драгоценностей и золотых монет.
Когда Роджер, вернувшись в замок Мортейн, ворвался в главный зал, женщины разбежались.
Мужчины также поспешили скрыться с глаз нового барона. Он шагнул к столу, на котором покоилось тело отца.
– Это ты виноват, вонючий мешок с костями, – прошипел Роджер. – Если бы ты не жадничал, Линетт уже была бы моей вместе с богатством Кар-Колдуэлла. Давно надо было из тебя дух вышибить!
Услышав за спиной горестный вздох, Роджер обернулся и увидел дряхлого слугу отца.
