– Он стукнул по столу оловянным кубком, выплеснув вино на когда-то белую скатерть. – Умная девчонка, – пробормотал он. – Слишком умная. Всегда находила способ встретиться с женихом наедине. Я поймал ее в этой самой комнате. – Он повернулся на стуле и сжал толстые кулаки так, что костяшки пальцев побелели. – Вырядилась как последняя неряха, изо рта слюна течет, грязные волосы всклокочены. – Уиклифф побагровел от гнева."
"Напряженное тело Мерека расслабилось, он подавил улыбку. Сообразительная девушка! Руку начало покалывать при воспоминании о нежной груди, кровь закипела от одной мысли о красивом лице и фигуре Линетт.
– Боже милостивый! Она ухитрялась свести глаза так, что они на нос лезли! – брызгал слюной барон и так нахмурился, что тоже начал косить. – Разговаривала как дурочка, а ее пение больше походило на проклятия. И когда я спускался во двор, жених уже успевал удрать.
Мерек давно научился сдерживать свою способность читать мысли других людей, поскольку от чужой вражды слепящая боль пронзала его голову.
Но он должен узнать, что кроется за ненавистью Уиклиффа. Ожидая, когда гнев барона остынет, Мерек настраивался угадывать его планы относительно жизни старшей дочери.
Уиклифф едва сдерживался. С каким удовольствием он отколотил бы проклятого Блэддина, который запретил ему пересекать границу Уэльса! Как этот валлиец узнал, что Кирия презирает его так же сильно, как он ненавидит ее? Его жена думала защитить счастье дочери? Этот дикарь Мерек обойдется с дрянной девчонкой так, как она того заслуживает! Блэддин не посмеет перечить берсеркеру.
Барон прочистил горло.
Линетт не его семя. Она дочь валлийца, первого мужа Кирии. Лучше бы она умерла вместе с матерью, которой при родах некому было помочь. Похоже, девчонку при рождении эльфы подменили. Он хотел убить ее, закрыл ей рукой нос и рот. Ее взгляд остановил его.
Страх охватил Уиклиффа при этих воспоминаниях. Барон вздрогнул.
В тот миг, когда он коснулся девочки, ее глаза смотрели на него. Странные, лилово-синие, колдовского оттенка ночной тени, на одном – золотое пятнышко.
Дьявольские глаза, это они отпугивали женихов.
Пока Линетт здесь, он не сможет забыть обо всем, что связано с ее матерью. Если он больше никогда не увидит эту проклятую девчонку, то успокоится.
Волны бешеной злобы сотрясали Уиклиффа. Собаки под столом заскулили. Ударом ноги он отшвырнул их.
Боль разрывала Мереку голову. Он боролся с желанием опереться локтями на стол и сжать виски руками.
