Она готова была тут же бежать за птенцом. Но рука Мерека легла девушке на плечо, останавливая ее.
– Птенец должен привыкнуть к своему новому дому и к тебе. Прежде чем прикасаться к птице, дай ей запомнить твое дыхание, твой голос. – Мерек близко наклонился к Линетт, его губы почти касались ее рта.
От него сладко пахло вином. У Нетты затылок словно иголочками закололо.
– Ты будешь гладить его, повторять его имя, говорить, какой он красивый. Почти так, как мужчина приучает женщину к своим прикосновениям.
Теплая рука Мерека прошлась от ее затылка вниз к плечам и снова поднялась.
– Ах, Нетта, ты пиршество для моих глаз, – прошептал он.
Дрожь пробежала по ее спине.
– Ты будешь поить птенца изо рта, как делала бы его мать. Я научу тебя.
Отпив глоток вина, Мерек наклонился еще ближе. Его губы задевали ее рот, большой палец мягко прошелся по подбородку.
Теплое вино потекло по ее языку.
У нее вырвался тихий стон.
– Как только он попьет, ты должна дать ему сырое мясо, чтобы он научился получать угощение.
Этого только не хватало!
– А его нельзя немного сварить? – с надеждой спросила Линетт.
– Любимая еда пустельги – мелкие лесные обитатели. Хищные птицы в кухне не охотятся, – усмехнулся Мерек. – Нельзя научить пустельгу есть дикого вепря. Даже сокол-сапсан не станет нападать на крупное животное. А еще ты должна дать птенцу имя. Ты же не можешь называть его «птичка»!
– Мне никогда не приходилось давать имя животному.
– Правда? Мне это в голову не приходило. – Мерек распахнул глаза в притворном удивлении.
– И котенку тоже надо придумать кличку. Если ты этого не сделаешь, то всякий раз, услышав «кис-кис», к тебе весь выводок Митры прибегать будет.
– Я попрошу Меган и Элизу помочь мне.
– Тогда птенцу не позавидуешь! Меган посоветует назвать его Дураком или Простофилей. – В ответ на озадаченный взгляд Нетты Мерек объяснил: – Она собственного ястреба-перепелятника назвала Простаком, хотя, правду сказать, за дело.
Дамрон, войдя в комнату, прервал его:"
"– Что вы разнежились, как девушки? Довольно бездельничать! – Лэрд, нахмурившись, смотрел на Мерека.
– Идем, брат, остаток дня поработаешь со мной. И когда мы закончим, ты запомнишь, что нельзя глаз спускать с меча. Я не позволю, чтобы ты погиб из-за девиц, восхищавшихся твоей красивой задницей.
Мерек впился в него взглядом и выругался на гэльском. Нетта решила, что на гэльском. Хотя, возможно, на валлийском.
Нетта и Элиза оделись оруженосцами и наклеили кустистые брови из шерсти Гарда.
