Я развесил, как мог, для просушки нашу одежду, подкормил чадящий костер и лег, мгновенно оказавшись в объятиях моей боевой подруги. Лидочка жадно и тесно прижалась ко мне, но чувствовалось, что секс как таковой совершенно ее не интересует. Ей нужно было тепло моего тела, а возможно, и души, чтобы согреться изнутри.
Засыпал я плавно и быстро, но меня вдруг напугала глубина предстоящего погружения. Как будто бездна разверзлась перед мысленным взором, бездна, на дне которой булькала кипящая смола. Сначала я вскочил на ноги, и только затем до меня дошло, что случилось.
Зимовье не проветривалось, а в дыму был угарный газ, который в конечном итоге мог вызвать печальный исход. Мы будем спать, костер погаснет, и тогда концентрация этого зла повысится в разы. Тогда мы уже никогда не проснемся…
Сначала я открыл дверь, чтобы проветрить наше логово. Затем высунул наружу голову, вслушиваясь в тишину. На фоне бескрайних таежных просторов расстояние, на которое мы удалились от лагеря, казалось мне ничтожно малым.
Мы сбили со следа погоню, но где гарантия, что преследователи не осознают свою ошибку, не пойдут по нашим стопам?"
"Но и уходить отсюда мы не могли. Нам нужно было просушить одежду, отдохнуть, и только тогда с новыми силами можно продолжить путь. А от погони есть неплохое средство – автоматическое оружие, которым я обладал. Жаль, что я не до конца разоружил охранников, при желании можно было разжиться вторым автоматом или хотя бы патронами. Если бы я не побоялся потерять во времени, было бы у меня сейчас два «Бизона» или пара запасных магазинов… А может, и лежал бы я сейчас где-нибудь мертвый, истерзанный собаками… Нет уж, лучше иметь всего один ствол и одну обойму, чем, замешкавшись, стать жертвой погони.
Если меня поймают, щадить не станут. И Лидочке достанется, и Инне, хотя что могло быть хуже того ярма, которое они тащили…
Я слушал тишину и всматривался в ночь, нес вахту, охраняя покой девушек. Но под утро глаза мои слиплись, и я все-таки провалился в глубокий сон.
Разбудила меня Инна. Подползла ко мне на коленях, легонько тронула за плечо. Я встрепенулся, стукнувшись головой о низкую перекладину дверного проема.
– Тебе чего? – морщась от боли, недовольно спросил я.
Девушка смотрела на меня возбужденно. Как будто хотела меня съесть. И если бы в фигуральном смысле. Ей не нужен был секс, она просто хотела есть. Очень-очень этого хотела. И с удовольствием бы впилась мне в шею, чтобы испить моей крови.
