И тот тоже не скупится на нелестные эпитеты.
— Что дяде нужно? — уточняю с тревогой.
— Да кто ж его знает? Но чует мое сердце, ничего хорошего. Видела, кто к нам пожаловал? — кивает в окно. — Будь осторожна, сердечко мое.
Обнимаю няню, греясь в родных объятиях. Эта добрая женщина фактически заменила мне мать, заботясь обо мне с моего рождения. Отказалась от возможности завести собственную семью, детей. И всю нерастраченную любовь подарила мне. Выхожу в коридор и шагаю на половину дяди. Там у него несколько комнат.
Мы специально разделили дом, чтобы пореже сталкиваться. Дядя занимает сейчас ту часть, в которой когда-то жили мои родители, а потом один отец. Мне от этого больно. Но сделать ничего не могу.
— Звали, дядя? — заглядываю в приоткрытую дверь кабинета.
— Проходи, Мэй, — зовет он. Судя по голосу, у него хорошее настроение. А значит, грядут очередные проблемы. — Садись. Ты знаешь герцога Саймона Стенли? — спрашивает, как только я устраиваюсь на небольшом диванчике.
— Нет, откуда? — качаю головой.
А сама понимаю, что не ошиблась с положением гостя. Нас целый герцог посетил.
— А он тебя знает. Точнее, видел, в парке. Ты ему очень понравилась. Нам исключительно повезло, племянница, что такой человек обратил на тебя внимание.
— Что значит, обратил? — спрашиваю, холодея внутри. Дядя пристально смотрит на меня и обрушивает беспощадную правду:
— Мы только что заключили соглашение. Через три дня герцог придет к нам на обед, чтобы познакомиться поближе. Как только вступишь в брачный возраст, вы поженитесь.
Ну что, довольна? Какого я тебе жениха нашел? Между прочим, он в дальнем родстве с королем.
— Вы нашли или он сам? — уточняю глухо.
— Какая разница? — отзывается опекун. Он прав, разницы для меня нет. — Это самая лучшая партия для такой бесприданницы, как ты. Гораздо лучше дракона. С этими ящерами пока ничего непонятно, — может, и непонятно. Но сватать меня дракону ему это не помешало. — Начинай готовиться к свадьбе. А пока закажи себе пару платьев получше.
Денег дам, — раздает указания опекун.
А вот это совсем плохо. Чтобы дядя добровольно дал мне денег, должно случиться чудо. Или ему только что заплатили большую сумму. Похоже, меня продали. От отчаяния кружится голова. Вцепляюсь пальцами в подлокотник дивана, пытаясь справиться с дурнотой. Самое главное, спорить с дядей бесполезно, он не станет меня слушать.
— Смотри мне, Мэй, не испорти ничего, — заявляет жестко, заметив, что я отнюдь не радуюсь.
