Только один рискнул пойти против.
Я выношу приговор. Мой зверь с готовностью его выполняет. Для него не существует другого решения. Разинув пасть, выпускает в сторону Стенли и кучки наемников огненную струю. Проявляю милосердие, усиливая огонь магией до такой степени, что смерть виновных наступает мгновенно. Дракон, в отличии от меня, собирался насладиться агонией врага. Мне же это не нужно. Достаточно знать, что наказание свершилось. Всего через пару секунд на месте казни остается лишь кучка пепла и выжженный круг земли.
Возвращаюсь к моей паре. Они с Райном ждут с противоположной стороны. То, что тут происходило, не для женских глаз. Не хочу, чтобы жена посчитала меня чудовищем. Но и поступить по другому не мог. Наивысшая ценность истинности в нашей крови. Друг сообщает, что сюда уже направляются королевские дознаватели и карета для Мэйлин. Мой дракон мягко тычется мордой в живот Лин. Шумно вдыхает головокружительный запах пары, заглушающий весь смрад вокруг.
Не могу больше терпеть. Оборачиваюсь в человека и подхватываю жену на руки.
Жадно разглядываю ее всю. Бледную, уставшую, но невыносимо притягательную. Она лишь слабо улыбается, касается подрагивающими пальцами моего лица. В ее глазах столько любви, что все раны на сердце, оставшиеся от безумно-мучительных часов без нее, мгновенно исчезают. Прижимаю к себе мою истинную, дышу ею. Баюкаю самую хрупкую и самую великую драгоценность в своих руках. В ней вся моя жизнь. Для нее бьется мое сердце и качает по венам кровь.
Каждая капля которой тоже принадлежит Мэйлин.
Глава 46 Эштан
Всю дорогу, пока едем во дворец, не выпускаю жену из рук. Мэйлин слишком хорошо чувствует, как меня разрывают эмоции, и пытается успокоить. Не я ее, а она меня! Не останавливаясь, поглаживает мои руки, сжимающиеся вокруг ее талии, ласково касается губами шеи, подбородка. От чего тело пробивает крупная дрожь. Крепче обнимаю ее, из груди вырывается глухое рычание. Мне все еще сложно взять зверя под контроль. Как только представляю, что грозило моей паре, накрывает яростью.
Даже смерть виновных не принесла облегчения. Тем более, один причастный к этому пока еще жив — дядя Лин. Для него я позже придумаю наказание.
К нашим покоям подходим одновременно с Маркусом. Вношу на руках жену в спальню и бережно укладываю на кровать. Усилием воли заставляю себя отпустить ее и отодвинуться в сторону, чтобы Марк мог продиагностировать мою пару. Не касаясь, он медленно водит руками вдоль ее тела.
