— Из… Изнанки…
Невидимые? Изнанка! Порождения скверны! Тут же догадался я. Не знаю, откуда у Вельстрайда информация про изнанку, но, судя по тому, в каком положении оказался зверь, это ему не сильно помогло. Твари напали внезапно и крайне эффективно. В том, что их было несколько, я не сомневался. А у леопарда даже «защитных покровов» не оказалось. Вот что бывает со слишком самоуверенными засранцами. Впрочем, это его второй косяк, он меня также в своё время недооценил.
Пространство перед Тамерланом дрогнуло, и из изнанки выпрыгнула первая тварь — чёрная, костлявая, с кристаллическими наростами на теле.
У меня сложилось такое впечатление, что детёныша медведя вывернули наизнанку и заставили идти в бой. Злющая гадина с провалами в глазницах, из которых исходила лишь пустота и чёрная дымка, клацала зубами. Забавно было за ней наблюдать, ведь она была всего лишь метр в холке.
Грозное порождение скверны прыгнуло на Великого охотника, выставив вперёд заострённые когти. Она раскрыла пасть так широко, как могла, и я увидел вместо зубов чёрные кристаллические иглы.
Пасть была слишком широкой для обычного зверя — как у змеи.
— Это шутка такая? — сказал Тамерлан поморщившись.
Тамерлан сместился в сторону и ловким движением срубил гадине часть черепа. Тварь как летела, так и продолжила лететь дальше, но у Великого охотника были другие планы. Он ударил её ногой вбок — не сказать, что сильно. Туша порождения скверны, набирая скорость, отлетела вбок, и через десять метров ударилась об воздух, разлетевшись на части.
Не нужно быть гением, чтобы понять, что она столкнулась с другой тварью в изнанке.
— Да ну? — Тамерлан окинул взглядом поляну, на которой стали появляться твари.
Одна из них оказалась прямо позади него в прыжке. С такой угрозой он уже не успел среагировать. Она появилась практически впритык и попыталась полоснуть его когтями. Сноп синих искр озарил поляну ещё сильнее.
— Их здесь сотни, — пробасил Вельстрайд, поднимаясь в воздух.
Весьма вовремя — он разминулся с двумя тварями, которые атаковали его с двух сторон.
Скорее всего, пока нас не было, здесь открылся пробой. Карский! Сволочь поганая! Он никуда не ушёл! Просто затаился, чтобы переждать угрозу с моей стороны… А это значит…
Думать о том, что могло случиться со снарядами, я не хотел. Сейчас нужно было избавиться от этого дерьма, и самое ужасное во всём этом, что в этих гадинах не было абсолютно ничего ценного. Тварь, что разлетелась на куски, уже начала распадаться, превращаясь в чёрную дымку.
