Может всё-таки отец ошибался насчёт него? Очень надеюсь, что да. Всё равно пока буду действовать очень осторожно, нащупывать почву под ногами.
— Меня сильно огрели по голове, — сказал я, прижимая ладонь к месту, где совсем недавно была большая гематома. — Потом пырнули кинжалом практически в область сердца. Память срезало практически под ноль. А ещё вопросы с моим даром, с ним теперь что-то не так, я пока не могу лечить.
— Он у тебя с собой? — заговорщецки спросил Андрей, снова чуть склонившись вперёд, хотя на данный момент в кабинете кроме нас никого не было.
— Что ты имеешь ввиду? Дар? — я изобразил непонимание, хотя сам уже догадался, о чём именно идёт речь. Неужели всё-таки он дал мне тот амулет? Пусть эта информация спрячется от него за стеной потери памяти.
— Саня, ты меня пугаешь, где он, вспоминай быстрее!
— Андрей, я реально не понимаю, что ты от меня хочешь, — я обиженно нахмурил брови и уставился в меню.
— Капец, Саш, — возможно мне показалось, но он даже немного побледнел и сошёл с лица.
Может это вообще его амулет, а не мой? Может просто отдал на временное хранение? Всё может быть, в том числе и то, о чём я даже думать не хочу. — Ладно, допустим. А ты запомнил того, кто на тебя напал? Может это он как раз его себе заграбастал? Потому что я не вижу других причин того, что с тобой произошло и продолжает происходить. Какое-то безалкогольное пиво, прости Господи, томатный сок к мясу. Я бы ещё понял, если бы ты заказал лафитник зубровки или лимонной настойки, а тут томатный сок.
Ну ты обратился к вашему душегубу? Как его там фамилия, Кирсанов вроде?
— Корсаков, Борис Владимирович, — поправил я. — Мы с ним уже занимались сегодня с утра пораньше, эффект есть, но очень слабый. Будем продолжать ещё. Кто меня оглушил и порезал, я не в курсе, Илюха меня нашёл в подвале дома недалеко от Апраксина переулка. С этого момента помню всё чётко, а то, что раньше — лишь малые крохи.
— Послушай, Саш, срочно найди его и постоянно носи при себе, — пробормотал он, максимально склонившись в мою сторону, но тут же замолчал, когда официанты принесли салаты и напитки.
Пока я хрустел баклажанами, специальным образом обжаренными в сахарной пудре для придания особого хруста, думал над словами Андрея. Ну, раз он сказал мне носить тот злосчастный амулет при себе, а я почему-то был уверен, что речь идёт именно о нём, значит он не отдал мне на хранение, он мой. Возможно временно.
