Время на ходьбу оказалось потраченным напрасно, кроме случайных прохожих я больше никого не встретил, никакой шантрапы ни в одной тёмной подворотне не кучковалось. Я вызвал такси и покатил домой.
Строить далеко идущие планы, когда сам пока почти на дне, довольно сложно. Но в голове засела мысль, что систему здравоохранения здесь надо в корне менять. Знакомая фраза, да? Они тут похоже все жёстко подсели на магию и лечение с её помощью, а на обычных работяг всем наплевать. Классовая несправедливость. Здоровый рабочий класс сможет больше заработать денег для буржуев, неужели они этого не понимают?
Домой прикатил полдесятого вечера.
Маргарита меня шокировала тем, что даже не дала раздеться, а молча взяла за руку и потащила на кухню, где за столом до сих пор сидели родители. Вид у них был тот ещё, уставшие и замученные, с грустными глазами. Когда увидели меня, у них даже сил не было ни злиться, ни радоваться.
— Ты где так долго? — безучастно спросил отец. Такое ощущение, что эмоции у него на сегодня просто закончились.
— К Юдину в гости зашёл, — пробормотал я, снимая шляпу и пальто, которые забрала Маргарита. Что характерно, снова молча. Похоже она испортилась, как старая заводная кукла. — Что-то случилось? Позвонили бы мне, я бы раньше приехал."
"— Садись, — мать отодвинула для меня стул рядом с собой. — Мы сами только поужинали, сидим тебя ждём. Ходили сегодня с отцом по клиникам, правда застали на месте уже далеко не всех владельцев, придётся завтра с утра продолжить.
— Да результат такой же будет, — перебил её отец.
— Петя, не перебивай, как обычно, дай я расскажу, — отмахнулась она. — Опасения оправдались, мы не единственные, кому Баженов предлагал испытание амулетов. У большинства ума хватило отказаться, но каждый третий похоже согласился и у них было явное улучшение. Золотой амулет настиг пока только нашу семью, наверно он с нас решил начать давление. Может потому, что до тебя было проще добраться, а может наш отец ему больше всех поперёк горла встал. Это теперь только у самого князя спрашивать надо, но это уже не наша задача, а судьи.
Мы всех, кого смогли, предупредили о возможной вероятности такого прессинга. Так что пострадавших пока больше нет.
— И зачем ему это всё? — спросил я, а вдруг уже узнали?
— Это пока не понятно, — пожала мама плечами. — Ясно только одно, всё это не к добру. Попроси всё-таки Виктора Сергеевича завтра принести эту вещь.
— Хорошо, — кивнул я. — Это пока всё?
— Вроде да, — вздохнул отец, ответив сразу за обоих.
