Вряд ли он не предлагал эту рискованную схему в других клиниках города. Питер большой, клиник много, а значит и много вариантов, где можно опробовать новинку. Только непонятно, зачем ему это надо?
— Что уж тут непонятного, хочет наладить производство, создав доказательную базу эффективности и безопасности.
— Или вызвать у большинства лекарей Питера зависимость от этих амулетов, а потом их резко изъять и стать монополистом в медицине за счет открытия сети собственных клиник.
— Может и так. По любому это какая-то грязная игра.
— Без вариантов, — кивнул я.
— А в коллегию Пётр Емельянович не обращался? — спросил Илья.
— Наверно ещё нет, иначе упомянул бы это.
— Он не обязан, мог и промолчать, — махнул рукой Илья. — Хотя, тогда уже кипишь поднялся бы мама не горюй, значит ещё не говорил. Что там с заказом, кстати? Жрать хочется, сил больше нет.
Минут через пять в дверь постучал курьер. Илья с азартом помогал мне распечатывать контейнеры и расставлять на столе, часто сглатывая щедрую слюну.
— Опять мама будет бухтеть, что я наелся вне дома. Но мне уже глубоко пофиг. Приятного аппетита!
Он так жадно набросился на угощения, словно и правда неделю не ел.
— Давай я тебя сегодня домой провожу? — предложил я, когда мы расквитались с ужином.
— Только цветы дарить не надо и на прощальный поцелуй я не согласен! — хихикнул Илья и сыто икнул, потом рыгнул.
— Дурень! — хмыкнул я, собирая пустые контейнеры в пакет. — Если тебя эти уроды снова ждут, поговорю с ними сам.
По-мужски.
Глава 22
Мы с Илюхой вышли из такси специально подальше от дома и шли той же дорогой, что он шёл один вчера. При этом ещё старательно изображали из себя изрядно подвыпивших, которые тщетно пытаются это скрыть. Это должно расслабить хулиганов и дать понять, что мы лёгкая добыча, больше всего я боялся их спугнуть. У меня уже чесались кулаки, организму требовалась физическая разрядка, чтобы реализовать на деле весь сегодняшний адреналин. Но тут меня ждало разочарование, мы уже почти дошли до места, так никого и не встретив.
Хоть сам иди на кого-нибудь задирайся, но это в корне противоречит моей жизненной позиции.
— А может тогда уж ко мне зайдём? — предложил Илья. — Мама всегда рада тебя видеть, братишка тоже. Да и вообще ты давно не заходил.
— Ты не поверишь, но я даже и не вспомнил, что у тебя есть братишка, пока ты не сказал, — грустно улыбнулся я.
— Ну вот заодно может и вспомнишь ещё что-нибудь.
