Так остатки сыра со стола и ушли, не могу же я отказать такому красавцу! Когда Вася понял, что угощение закончилось, отошёл в дальний угол и принялся тщательно себя вылизывать.
— Так что мне делать с золотым амулетом? — снова поднял я самый важный для меня вопрос. — Может просто отдать его Баженову? И популярно объяснить, что пользоваться я им не буду.
— Не вариант, — пробормотал дядя Витя, снова усаживаясь за стол. — Егор Маркович человек очень сложный, но и очень умный. Он прекрасно понимает, что ты им уже пользовался, поэтому и потерял дар и память.
Теперь опираясь на то, что у тебя амнезия, которая давно ни для кого не является секретом, он хочет тебя этим же амулетом добить. Какой-то очень странный способ устранения, никак не могу понять, в чём здесь подвох. Может это просто дело принципа, что хочет устранить тебя именно так. Продолжай, наверное, гнуть свою линию с амнезией, говори, что где-то его спрятал, но не можешь вспомнить. Чтобы найти его по ауре, у тебя слишком слабый дар, эта байка будет выглядеть вполне правдоподобно.
Когда амулет не активирован, его может обнаружить только сильный маг, так что тут всё сходится, главное красиво врать.
— Может рассказать об этом отцу? — предложил я. — Если князь имеет какие-то претензии к нему, он должен знать.
— Если бы этот вариант был выходом из ситуации, я тебе предложил бы его в первую очередь, — покачал головой дядя Витя. — Зная Петра Емельяновича, думаю лучше пока не посвящать его в это дело. Он добрый, искренний и очень честный человек, но слишком горячий при решении серьёзных проблем, это всегда было его ведущей проблемой.
Боюсь вместо разбора ситуации по пунктам и планомерной разработки причинно-следственных отношений, он ринется в бой и будет драть меха с воротника Баженова, пытаясь достучаться до правды.
— Значит я сделал правильный вывод, что чем меньше знает, тем лучше спит.
— Однозначно, — кивнул дядя Витя. — Он несмотря на всю показную строгость очень сильно любит тебя, так что постарайся не делать ему больно.
А если он на тебе срывается, не принимай это близко к сердцу, это просто такой характер и особенности темперамента.
— Это я уже понял, — ответил я, запивая чаем очередную тающую во рту печеньку.
— Для более серьёзного ужина ещё не созрел? — спросил дядя Витя, взглянув на опустевшую вазочку.
— Наверно нет. Разве что заказать доставку из этой вашей чудесной пекарни. Я бы и с собой взял.
— Ну это мы сейчас устроим, — довольно улыбнулся старик.
