Но незваные гости продолжали сыпаться на нас, как горох из дырявого мешка.
Глава 8
— Госпожа Дуняша?"
"Немолодой полный мужчина в мешковатой одежде цвета мокрого песка мялся на пороге. Сжимая в одной руке увесистый ящик, другой вытирал жёлтым платком блестящую лысину. Я обратила внимание, что штаны на нём были мятые и кое-где заштопанные, а ботинки новые и блестящие.
— Плотник я, — представился визитёр. — Звать Бергж.
— Если вы за блинами, — предупредила я, — то придётся подождать.
— Слышал о вашем мастерстве, — добродушно улыбнулся гость.
— Не откажусь… После работы.
— Какой работы? — насторожилась я.
Он поставил ящичек на пол и, вынув из кармана бумагу, развернул исписанный красивым почерком лист.
— Так тож… Рамы починить, полы, двери… Господин градоначальник повелел!
— Вас умэ прислал? — удивилась я, но посторонилась: — Проходите.
Только показала ему кухню, как ко мне подбежала запыхавшаяся Белла:
— Дуняша! — взмахнула она пустым ведром. — У колодца кто-то прячется! Какой-то странный дядя.
У меня ёкнуло в груди. Неужели Бармалей нашёл, где я живу? Машинально схватив сковородку, я выглянула в окно:
— Где Майя?
— За мукой в подвал пошла, — успокоила Белла.
— Господин Бергж, пожалуйста, присмотрите за девочками, — попросила я плотника и выбежала из дома. — Ну, Бармалей, погоди!
Пробиралась по двору я крадучись и, заметив у колодца шевельнувшуюся тень, торопливо пригнулась. Там однозначно кто-то притаился. Сидит на корточках, злодей, жертву поджидает… Неудивительно, что Белла так испугалась.
Хорошо, что не подошла к нему. Если бы… Ох! По сковородке голубой змейкой пробежалась молния. Перехватив ручку боевого товарища двумя руками, я выскочила из-за куста и замахнулась.
Бум!
Удар пришёлся по затылку. Мужчина втянул голову плечи и ойкнул. Ого! А крепкая у Бармалея черепушка, с первого удара не уложить. Ничего, второй раунд никто не отменял!
Но стоило снова поднять руки, как стукнутый медленно повернул голову и глянул на меня снизу вверх:
— Что вы делаете?
— Ой…
Бороды у него не было.
Я узнала того громилу, что объявил меня преступницей. Кажется, умэ назвал его Жарком. Значит, это он за мной следил, не поверил, что я не убийца… Как там её? Мальвина? Нет. Ральвина!
— Это вы что тут делаете? — в праведном гневе воскликнула я. — Прячетесь, будто вор, детей пугаете. Это, между прочим, частная территория! Вот пожалуюсь на вас… — Что сказать? Он же как раз что-то вроде полицейского, как я поняла.
