Книга Некровные узы — читать онлайн бесплатно полностью

Чем, чёрт подери, занимается твой дядя?

— Опекун, — поправила я в очередной раз. — Не знаю точно. Оказывает какие-то посреднические услуги.

И видимо, он оказывает их очень хорошо.

Сделав большой глоток воды, я поправила врезающиеся в зад плавки и растянулась на животе. Беспокойная ночь давала о себе знать - меня клонило в сон.

— Ты пойдёшь плавать, Тина?

Я лениво махнула рукой.

— Иди без меня, я пока поваляюсь.

Закрыв глаза, я несколько минут вслушивалась в убаюкивающие всплески воды, пока, наконец, не задремала.

— Твоя спина покраснела, Тина. Ты что не пользуешься защитным кремом? — раздалось сквозь расслабленную пелену сна.

Разлепив глаза, я подняла голову и огляделась. Надо мной возвышался Алекс, к счастью, одетый в футболку. Жаклин нигде не было.

— Сколько времени я спала? — поинтересовалась я, опуская ноги на тёплые плиты.

— Около двадцати минут, я думаю. Слишком долго для твоей белой кожи.

— А где Жаклин?

— Жаклин ушла в дом разговаривать по телефону, — терпеливо пояснил Алекс, скользя взглядом по моему телу.

Я в нерешительности прилипла задом к белоснежному матрасу шезлонга. Он намажет мне спину? То есть будет водить руками по моей коже?

— Какие-то проблемы, Тина? — Алекс изогнул чёрную бровь.

— Я… не... вот лосьон, — стараясь не соприкасаться пальцами, я впихнула ему в руку оранжевый тюбик «Ланкастера».

Его рот скривился в подобии улыбки.

— Ляжешь?

Покраснев, я как можно более грациозно, но по большей степени неловко, растянулась на матрасе.

"Раздался звук щелчка отрывающейся крышки, и в ту же секунду моё тело, как по сигналу, превратилось в оголённый нерв. Когда большая горячая ладонь соприкоснулась с кожей спины, разгорячённой солнцем, я не справилась с волнением и шумно выдохнула.

— Ты очень напряжена, — сообщил голос за мной, — расслабься, это просто крем.

Меня никогда не трогал мужчина. Имею в виду так, чтобы я лежала почти голая, а он сжимал мою кожу так чувственно, что всё тело вибрировало от наслаждения.

Напряжение внутри меня от столь умелых прикосновений становилось невыносимым.