Тане было непонятно – почему она сама не может испечь хлеб, но и это тоже было на руку, потому что хлеб в этом доме пекли раз в неделю, и к последнему дню его практически не оставалось. Была возможность что-то припрятать, и хлеб для такого длительного путешествия – отличный паек. А еще, Таня увидела в сарае вяленое мясо, но чтобы попасть туда, нужна была причина.
Давина пошла вперед, а Таня проверила в кустах свой сверток. Возле него лежал еще один плед, в который Костя завернул наше огниво и небольшой топорик. Таня выдохнула – даже если им не удастся взять с собой еду, все самое необходимое уже готово.
Хлеб удалось прихватить только ночью, прямо со стола – Таня не могла пройти мимо теплых еще, пахнущих, укрытых несколькими тряпицами, круглых караваев. После ежедневной каши из дробленой пшеницы и супа из овощей, этот запах казался чем-то необыкновенным.
Таня боялась, что, Костя после тяжелого рабочего дня заснет, не выйдет в огород, и все придется отложить. Руки тряслись, и казалось, что сейчас сзади ее окликнет Иона, поднимет всех, и ее просто изобьют за воровство, или хуже того – отрубят руку.
Как только все утихло, Таня встала и надела кроссовки. Комбинезон она завернула туго, положила в простыню, туда же уложила хлеб, что прихватила со стола. Было тихо, Иона храпела, мальчишки посапывали. В сарае заблеяла овца, и она остановилась, прислушалась к сердцу, которое бухнулось было вниз. Все было тихо."
"Выйдя на улицу, она прикрыла дверцу, которая в общем-то не спасала ни от мух, ни от волков, если они надумали бы войти в дом.
Луна светила так ярко, что речка была видна как на ладони. Девушка прошла в огород, нашла обе связки, что они заготовили заранее, и связала из них два заплечных мешка. Оставалось только дождаться Костю и бежать без оглядки. К утру они будут далеко, сойдут с тропы, и эти люди ни за что их не найдут.
Как жить там, она не знала, но считала, что лучше жить вдвоем в лесу, чем с этой неприятной женщиной, а тем более, с ее мужем, что явно имел на них с Костей планы.
Зашуршала дверь в доме Дуги, темная фигура отделилась от дома и немного наклонившись проследовала к огороду. Мужчина распрямился, и Таня выдохнула – это был Костя. Он пробрался туда, где лежали собранные нами вещи, и ждала его девушка.
– Тсс, – аккуратно прошипела Таня, когда он приблизился. – Бери этот мешок, идем к реке, и там поговорим.
Мужчина молча мотнул головой, и они, пригнувшись, засеменили вдоль забора, куда Грегор скоро пригонит овец.
