Графство процветало, и теперь ликеры знали при французском дворе, куда отправляли не меньше сотни бочонков ежегодно. Люди при замке были заняты работой, за которую платили, были хорошо и тепло одеты, накормлены и знали, что леди и лорд никогда не оставят их в беде. Южнее замка восемь лет назад графиня распорядилась построить поместье. Это был летний дом возле озера, где она проводила с мужем и первой дочерью несколько дней в месяц. Флоренса оценила это место также, и поняла, почему сестра решилась на непонятную ей стройку – там не было такого количества людей, не было шума, и можно было не боясь быть замеченной, купаться в озере, ходить по двору в легких брюках и рубашке.
Там Фелисия придумывала новые ликеры, играла с новыми оттенками.
Замок изменился за эти годы: конюшни и скотный двор вместе с псарней пришлось вынести за стены, хоть запасы все еще хранились в замке, чтобы не попасть впросак, если соседи, или король решится на наступление. Но это были просто мысли на всякий случай. Теперь на месте скотного двора был целый комплекс – еще один донжон, выстроенный из камня.
Он имел два высоких этажа, и именно там шли все работы по изготовлению ликеров.
В деревне поселились бочары, что с трудом успевали выполнять заказы леди, но никто из них не роптал, так как благодаря этому их семьи жили в достатке, коего не видели раньше. Множество ремесленников перебрались к замку, поскольку леди требовались люди, что работали с шерстью, красками и окрашиванием. Старой Магды не было больше, но ее повзрослевшая внучка прекрасно справлялась с целым цехом, люди в котором выращивали, обрабатывали и сушили вайду, а потом окрашивали ткани и шерсть.
Синие ткани леди Фелисии знали теперь во всем мире, и именно это прекрасное сочетание синего и белого, которое она называла странным словом «гжель», привлекало внимание королевских особ из разных стран. Сшитые из ткани шубы, на которые слоями пришивалась длинная и волнистая шерсть стали причиной для разговоров в самых богатых графствах и герцогствах.
– Леди, поди готовы в дорогу? Лорд велел до заката вернуться, иначе мне не видать головы, - крикнул Фара от самого дома.
Фелисия сидела на берегу озера, качая маленького сына на руках. Она рассказывала сказку о Маше и трех медведях пятилетней Лидии и восьмилетней Марии, а те уплетали с огромного блюда свежую малину, что принес Фара.
Парень вырос, женился на внучке старой Магды, что забрал к себе в семью Уйзек, что умер год назад, оставив вместо себя внука, как и пообещал леди.
