– Да, только вот не со всеми соседями, и борьба за земли шла не шуточная.
– А сейчас? – с опаской спросила Таня.
– Сейчас все спокойно, и наши земли – это наши земли. У нас есть маленький граф, и хоть он еще и не знает, как сложна жизнь, мы постараемся все наладить, правда ведь?
– Правда, сестрица. А вот о банях нужно подумать. Пожалуй, я сейчас и пройдусь снова по этим помещениям, приглашу мастеров, и можно будет начать, - с загоревшимися глазами Таня принялась собираться в охранную башню.
Эдвард всегда нервничал при виде леди – это в первые дни он посчитал господ девчонками, не знающими и одной сотой – как содержать такую громаду.
Сейчас он понимал, что одна такая девчонка знает больше чем он, бывалый воин, в сотни раз. Было у него чувство, что и армией она руководить бы смогла, ведь никто не знал, как с наемниками справиться, как к порядку их привести, а она одной искрой все наладила. Он догадывался, что это ее рук дело, только говорить про это, конечно, нельзя было.
Сейчас леди велела всех стражников обмерить и записать, даже рисунок нарисовала где мерить, и веревку с узелками дала.
По ним, говорит, швея даже без примерки сошьет и гамбезон теплый, и рубахи, и сюрко даже, и все как армию будут. Мужики ждут – не дождутся обнов – многие дыру на дыре уже раз пять латали, и выглядят как разбойники с дороги.
– Эдвард, веди меня в подземелье. Говорят, у вас там и сливы хорошо работают. Поди не гадите туда? – серьезно спросила Таня.
– Нет, как можно, леди, среди наемников это плохой знак – справил нужду за решетку – жди осады.
Нет, этого не позволит себе не один стражник.
– А вода там хорошо сливаться будет?
– Будет, велено проверять постоянно – наполняем бочку и выливаем – все работает – ваш дед знал каких мастеров звать замок строить, - горделиво ответил Эдвард, а Таня даже позавидовала, что тот хоть что-то знает о ее новом деде.
– Раз так, значит, отправь за мастером – деревянщиком. Будем там баню делать. И топить раз в неделю. Каменщика еще зови, надо посмотреть, как лучше очаг переделать.
Эдвард отправил за мастерами и с удивлением не мог оторвать глаз от госпожи, что обходила нежилое, сырое и холодное помещение.
– А всю неделю потом дверь держать открытой, чтобы просыхало. Сделаем человек на пять, чтобы за раз могли помыться. По очереди за пару часов все успеют. Одежду грязную прикажете в мешки личные укладывать и сдавать, выдавать будете чистое. Имена пусть к размерам припишут, девки вышьют на мешках. Чтобы каждому свое вернулось.
