Рука на ноже, свисающем с пояса, а глаза так и бегают по Таниному комбинезону. Она только сейчас поняла, что синтетическая одежда, которая была как вторая кожа, не самая лучшая одежда в жару. Несмотря на ветерок, солнце грело от души.
– Я Татьяна. Где Костя? Вы видели второго человека в таком же шлеме? – она пошарила рядом с собой, но шлема не обнаружила.
От деревьев, где сидела эта пара донесся хрип. Таня встала быстрее, чем эти двое поняли, и побежала на голос. За деревьями ландшафт резко менялся – там был склон.
Там и лежал Костя. Она на ходу расстегнула замок под шеей, стянула руки, оставаясь в футболке, подбежала к Косте, проделала то же самое с его комбинезоном, но снять с рук не смогла – парень был тяжелым.
– Помогите, несите воду, – крикнула она странным мужчинам. Тот, что старше, побрел к ней, взяв из рук молодого мешок с водой. – Черт те что творится. Где мы, откуда здесь горы? – И тут она подняла голову выше – цепь гор уходила далеко за горизонт.
Это у меня галлюцинации, или пока я валялась тут, Подмосковье перенесли в Черногорию?
Вдвоем мы напоили Костю, но он, попив, снова расслабился и заснул, так и не открыв глаз – с этой стороны пригорка солнца еще не было. Вместе они сняли с него одежду. Он остался в майке и боксерах. Таня жалела, что не могла раздеться до легинсов, потому что эти двое и так не отрывали глаз от ее груди, затянутой в футболку, и ног, затянутых в тесную ткань.
Старший отправил младшего куда-то, и поторапливал.
Они сидели у дерева, и ветер относил от нее их фразы. И тут она увидела их шлемы – они упаковали оба в мешок, и младший, закинув его за спину, быстро пошагал.
– К нам придет помощь? – спросила Таня.
– Сейчас он вернется с лошадью, – ответил старший. Девушка рассматривала его теперь без стеснения – он отвернулся, и всматривался в другую сторону, приложив ладонь ко лбу в виде козырька. Лет сорок, подтянутый, ощущение, что, как и Костя, занимается в зале – мышцы под рубашкой были заметны невооруженным взглядом.
Таня посмотрела туда, куда он смотрит, и чуть не ахнула в голос – внизу, в ложбинке, где еще была тень, трава была особенно зеленой и густой. Там паслись овцы. Их было, наверное, не меньше трех сотен. Пастухи? Да какие сейчас пастухи? И, тем более, в такой одежде. Непонимание всего происходящего пока не казалось таким уж страшным, важнее было понять, что с Костей.
