Мы начнем все заново. Мама права, никому не станет легче, не смогу я без него. Решительно прохожу внутрь, замечая, что в приемной никого нет, место секретаря пустует, словно девушка отошла. Вот и хорошо. Подхожу к двери его кабинета, хватаюсь за ручку, чувствуя, как тело оживает, словно пробуждаясь после спячки, начиная гореть огнем. Не дам сказать ему и слова. Сама накинусь на него, пока не наслажусь каждой клеточкой его тела, позволю делать со мной, что хочет. Пусть рвет меня на части, как и обещал когда-то. Все разговоры потом.
Открываю двери, чувствуя, как сердце сжимается и замирает на мгновение, а потом начинает хаотично стучать, словно при первой встрече. Прохожу в кабинет и застываю на месте, ощущая себя полной дурой. Идиоткой, которая поверила ему! Вновь поверила! Какая же я, наверное, жалкая и ничтожная сейчас."
"Вадим не один, он сидит в своем кресле, крутя в руках бокал коньяка, а рядом с ним стоит Валерия. Наклонилась так низко к нему, выставляя свое декольте, которое буквально вываливается из платья, и что-то тихо говорит.
Больно, вновь очень больно, наверное, сильнее, чем в прошлый раз. Адская боль где-то внутри разрывает мою вторую половину, умирающего сердца на куски. Я словно онемела и вросла в чертов пол, ни вздохнуть, ни выдохнуть не могу. Господи, какой же он лживый, циничный и лицемерный. Только вчера просил дать нам шанс, а уже сегодня с ней. А может они и не расставались вовсе? Весь этот спектакль был для меня, чтобы вновь надеть на меня розовые очки и продолжать смешивать с грязью.
Не хочу больше с ним ничего общего, ничего в данный момент не хочу. Удавиться хочу или с моста кинуться.
— Ненавижу! — кричу громко или это душа вопит, а я только шевелю губами, сама не понимаю. Разворачиваюсь и бегу прочь, снимая на ходу неудобные босоножки на шпильках.
— Полина! Стой! — кричит мне вслед Вадим, а я зажимаю уши, не желая даже голоса его больше слышать. Вот теперь все кончено. Это уже не многоточие, это большая жирная точка.
Глава 15
Вадим
Стискиваю челюсть почти кроша зубы, намеренно разбрасывая бумаги на столе, смотря как один из белых листов кружит, медленно оседая на пол.
Нет, я не устал бороться. Я готов предпринимать сотни, тысячи, миллионы попыток вернуть любовь и доверие Полины. Еще месяц, год, десятилетие, всю жизнь, сколько угодно. Мое счастье и душевное умиротворение всегда было рядом, а я не ценил… Думал куда она денется от меня. Думал, что все мои связи останутся незамеченными и бесследными. Подумаешь, изменял.
