— Я просто хочу тебе помочь, и если он держит тебя насильно я могу…"
"— Давай обсудим это потом, когда я выйду от врача, — обрываю его я, и убегаю в клинику. Мы все, я, его любовницы лишь вещи для Вадима. Игрушки. Кто-то из нас дорогие и любимые, а кто-то одноразовые. Мой муж действительно бездушное животное. Я на самом деле никогда его не знала настоящим. Он прекрасный актер, или я была настолько слепа в своей любви к нему, что всю нашу жизнь носила розовые очки.
Глава 11
Вадим
Каждую минуту, на протяжении полутора месяцев, я пытаюсь понять свою жену.
Знаю, что сам виноват, но и поговорить нормально не получается. Она говорит, что я ее не слышу, а я все прекрасно слышу и даже понимаю, но отпустить, как она просит, не могу. Звучит эгоистично, пусть так, но я не смогу без своей семьи. Я никогда и никого так не любил, как Полину. Я вообще никого не любил кроме нее. В моей жизни всегда было много женщин, но всех их еще с молодости я рассматривал только в качестве объекта для сексуального удовлетворения.
А мое солнце принесла в мою жизнь нечто большее, чем секс. И я наивно полагал, что всю жизнь смогу разделять любовь и секс. Но моя система и все жизненные убеждения рухнули…
Хотел бы я себя переделать, да не могу. Проблемы на работе и в личной жизни просто выводят из себя. Спорт уже ни хрена не помогает, а только вызывает ещё большую агрессию. Нервы на пределе и расслабиться уже не получается. Недавно поймал себя на том, что не хочу шлюх, никого не хочу кроме жены, которая после моего срыва просто отказывается меня принимать.
Не возбуждают меня эти похотливые, всегда текущие бабы, чтобы они ни делали. Знал, что, если хоть немного покажу ей свою темную сторону, она не подпустит меня к себе. Так и вышло. Только я уже на все согласен, нежно, ласково, медленно, все как она любит, лишь бы с ней. Мне не хватает ее ни в физическом, ни в душевном плане. Странные ощущения, словно вся прошлая жизнь стала обыденностью. Хочется чего-то иного, большего и с Полиной. Но моя жена, по ее словам, задыхается со мной.
Сам себя чувствую мудаком, понимая насколько это больно. Я это на своей шкуре испытал, когда к ней просто прикоснулся другой и мне убить ее хотелось. А Полина, она лучше меня, она просто просит отпустить. Но я не могу… Не хочу терять ее. Но попросить прощения, гордость не позволяет, да и нет смысла признавать вину, если никто не простит. Нет, я всегда просил меня простить: сексом, нежностью, шутками, подарками, цветами, и она всегда меня прощала.
