Отключала телефон на бегу.
Мне стало её жалко. Так жалко, что я готова была помочь, чем смогу. Так и знала, что там мамаша тиран.
– Стой, давай на велике, быстрее будет! – крикнула я ей, когда пробегали мимо нашего забора.
Я забежала в калитку и припустила под навес за велосипедом.
– Девочки, а чай?! – выглянула из окна моя мама.
– Ане срочно нужно уйти, – я села на велик и выкатила в калитку.
А Аня бежала со всех ног по дороге. Пришлось догонять. Она почти на ходу вскочила на багажник. Руль покрутило, но я справилась.
Очень быстро поехала вперёд.
Не надо учиться на психолога, что бы понять насколько страшен человек.
Из новой машины алого цвета вышла дама в красном деловом костюме. Лицо её, как маска страшного клоуна из американского фильма ужасов. Она тянула улыбку специально для меня. От неё веяло деспотичностью, психической ненормальностью и неоправданной жестокостью.
– Здравствуй, Катенька, – поздоровалась со мной женщина.
– Здравствуйте.
– В машину, – скомандовала она.
Несчастная Анечка быстро юркнула, не хлопнув дверью.
Теперь можно было всё оправдать.
Бедная Анечка.
Я ещё долго стояла, с силой сжимая руль своего велосипеда, провожая взглядом кровавый тарантас, что увозил мою одноклассницу в ад.
На душе весь день был камень. Мне было так тяжело, что я не знала, куда себя девать.
Выживай, Анька! По любому надо биться за свою независимость.
Разговор с родичами не клеился. Я засела в комнате, делала уроки часа четыре. Слушала музыку, смотрела на лес за окном.
А потом вспомнила, что у меня кроме Анечки ещё Трэш есть.
Этот кадр расстарался на славу, закидал меня смс. В этот раз я сдержалась, ничего ему не ответила. Но мне полегчало.
Я запомню этот момент, и когда вырасту, обязательно разберусь, почему простые сообщения без смысла меня так успокоили.
В воскресенье мы ездили в магазин за продуктами. Утром я не обнаружила ни одного сообщения от Трэша. Решила, что у него деньги кончились на телефоне, а пополнить счёт нечем.
Нищебродина…
Нет! Эта мамина мысль.
А я папина дочь.
С самой собой приходилось бороться постоянно. Мне было на кого ровняться. На своего отца.
Мы с мамой сели на заднее сидение седана, взяв по розовому кульку в руки. Младенцев в кресла ещё не сажали, они были совсем маленькие. Кресла, которые Егор купил по дешёвки, крохам не подходили. Они в них вроде, как сидели, а сестричек садить было рано.
Остановились недалеко от того дома, где жила Анечка. Здесь был прямо торговый район.
