— Договора? — Каким-то чудом справляюсь с собой, чтобы не закричать на Дамианиса. — Я вчера полночи не спала, к каждому шороху прислушивалась после твоих домогательств на кухне. — Перевожу дыхание и продолжаю: — Я постоянно даю понять, что не желаю между нами никаких связей, а что делаешь ты? Предлагаешь брак! Этот контракт и условие... — Захлебываюсь от боли. — Неужели ты не понимаешь, что это очередное унижение?
Зен ничего не говорит, но одним прожигающим взглядом дает понять, что на мой счет у него более чем впечатляющие планы и ему плевать на мои истерики.
— У меня часто командировки. Когда буду появляться дома, постараюсь не нарушать твои личные границы.
— Ты плохо стараешься!
Он сокращает между нами дистанцию и слегка наклоняет голову, будто опять собирается поцеловать. Я дергаюсь, но вовремя вспоминаю, что стою у края бассейна. Одно неловкое движение — и окажусь в воде. Чего я, естественно, не хочу.
Мы с Зеном смотрим друг на друга. Синхронно делаем вдох-выдох. В ноздри проникает приятное, с кофейными нотками дыхание Дамианиса.
— А если я откажусь?
Стоит огромных усилий выдержать эту переглядку.
— На твоем месте я бы хорошо подумал, прежде чем это делать. В моей жизни не самые спокойные времена, так ты получишь хоть какие-то гарантии и защиту. К тому же деловые люди сначала читают документы, которые им предлагают подписать, и уже потом принимают решение.
Даже время на это тратить не хочу, но увидеть реакцию Ванессы — бесценно!
— Хорошо. Давай прочтем твои документы.
20 глава
К концу изучения документов легкое волнение, с которым я начинала их читать, перерастает в самый настоящий мандраж. Всего каких-то четыре листа, но, если подпишу их, моя жизнь полностью изменится! В принципе, она уже и так изменилась.
Зябко передергиваю плечами и отсаживаюсь от ноутбука. На улице солнце и тепло, а меня трясет, будто оказалась на морозе. Эта реакция не остается без внимания Дамианиса — его лоб хмурится, глаза впиваются в мое лицо.
Расчетливая похотливая сволочь! Все предусмотрел! Даже собственную смерть.
Странно, что про мою не написал.
— Мне нужна пара часов, чтобы все доделать, и сможешь прочитать окончательный вариант, — будто подслушав мысли, говорит Ванесса.
Хочу сказать, что вполне достаточно уже прочитанного, но не могу подобрать цензурные слова — на языке одни ругательства вертятся, меня переполняет возмущением.
— Здесь ничего нет о том, что это формальность, ни одного слова.
