Почему-то хочется горько расплакаться, когда я встречаюсь с темными глазами Зена.
— После смерти Киры я часто приходил на пляж и наблюдал за семейными парами. Было больно, но в то же время и приятно. Что у кого-то получилось сохранить и приумножить свое богатство. Не то, которое на банковских счетах, а здесь... — Рука Зена под моей грудью, возле солнечного сплетения. — Я совершенно не ценил, что имел. Казалось, это всегда будет в моей жизни… — Повисает недолгая пауза. — Единственное, чего я желал в последние дни, — приехать за тобой и детьми, чтобы попробовать начать с чистого листа.
На секунду мелькает мысль, что воображение играет со мной злую шутку. Необходимо убедиться, что это не сон. Прижимаюсь к Зену всем телом и обнимаю его за шею.
— Скажи, что ты настоящий, — шепчу в губы и чувствую его тяжелое дыхание, каждое перекатывание литых мышц.
Он упирается мне в живот своей эрекцией.
— Еще остались сомнения?
Не сон!
Тут же пронзает воспоминанием о настойчивых, глубоких, жадных проникновениях Дамианиса, до моих мокрых ресниц и громких криков.
Открываю рот, чтобы сказать, как скучала, как ждала этого момента, но от эмоций перехватывает дыхание. Кажется, я вот-вот ими захлебнусь! Зен проводит пальцем по моим губам, слегка надавливает, а затем мягко проникает внутрь, рождая еще больше воспоминаний и картинок в голове.
Он что-то говорит, вроде бы на греческом, а потом целует. Так горячо и страстно, будто собирается меня съесть!"
"О боже… Вкус его поцелуя, сладко-терпкий, расползается по рецепторам и освобождает меня от щемящей тоски, в которой я задыхалась все эти дни.
— Папа! — доносится сквозь затуманенный мозг крик Леи. — Папа!
Мы прекращаем целоваться. Маугли протискивается между нашими телами, обнимает Дамианиса и виснет на нем, почти как я несколько минут назад. Счастливо смеется, пока мы с Зеном надсадно и часто дышим, глядя друг на друга.
Как же чертовски нереально происходящее!.. И как оно реально, черт возьми!
— Папа, ты больше не уедешь? — щебечет Лея, и я вижу, как Зен млеет от ее ласкового голоса, слова «папа» и рук на своей шее.
— Только если с вами. — Он обнимает нас обеих и ведет в зал к Эмилю.
40 глава
Вряд ли есть что-либо более выматывающее, чем любить человека, но не доверять ему. Не представляю, как бы пережила эти дни без веры в Зена, в то, что он появился в моей жизни не чтобы навредить, а наоборот — подарить мне спокойствие и уверенность.
Весь вечер не отлипаю от него. Как и Ася от своего Григория.
