Убрав со стола тарелки, я собиралась вымыть посуду, но Блейн настоял на том, чтобы сделать всё самому.
После ужина я поймала себя на мысли, что хочу принять ванну. Поколебавшись, я спросила Блейна, можно ли воспользоваться ванной в его спальне, потому что она была больше, чем в моей комнате.
В ответ Блейн почти отчитал меня.
— Тебе не нужно спрашивать. Всё что есть у меня принадлежит и тебе тоже.
От непередаваемых эмоций к моему горлу подступил ком. Какими бы ни были его ошибки в прошлом, сейчас Блейн возмещал их с торицей.
Через полчаса расслабившись в горячей ванне, я почти заснула. И только когда кожа разомлела, я наконец выбралась из воды. Промокнув волосы полотенцем и надев белую ночную, я вернулась в спальню.
Блейн стоял спиной ко мне, расстегивая рубашку. Бросив её на стул, он снял через голову белую футболку, обнажая бугристые мышцы рук и спины. Когда его руки опустились к поясу, у меня вероятно вырвался приглушённый вздох, потому что он обернулся.
— Прости… — пробормотала я, отводя глаза в сторону.
— Я уже приняла ванну и собираюсь уходить. — Боже, какая глупость! Мисс сама очевидность. Злясь на себя, я направилась к двери.
— Подожди, Кэт, куда ты? — Блейн поймал меня за руку, не позволив сбежать.
Обернувшись, я наткнулась взглядом на его обнажённый торс и, тихо охнув, подняла глаза. Блейн нахмурился.
— Может быть, посмотрим ещё один фильм? — предложил он. — Или я могу найти для тебя книгу? Всё что угодно.
Я нервно сглотнула.
— Спасибо, но, думаю, мне лучше лечь пораньше…
На его лице промелькнула досада или даже боль.
— Ясно. Просто я думал… что ты останешься со мной.
Мои глаза удивлённо расширились. Прошлой ночью я была в отчаянии и нуждалась в его поддержке, но остаться с ним сейчас… было бы неправильно. Тем не менее, его взгляд не отпускал меня, пробуждая чувство вины.
— Если ты хочешь, конечно, — добавил Блейн, и его лицо стало непроницаемым.
Прерывисто вздохнув, я кивнула:
— Рядом с тобой мне… будет спокойнее. — И это стоило того, потому что лицо Блейна озарилось улыбкой.
Пытаясь подавить нервозность, я подошла к кровати и забралась под одеяло. Сейчас я чувствовала себя слишком уязвимой, чтобы спать рядом с Блейном. Меня мучили опасения, что это большая ошибка, но я не хотела ранить его отказом.
Свет выключился, и послышался шелест одежды, в то время как я отодвигалась на самый край кровати. Блейн лёг, а я не отрываясь смотрела в потолок, испытывая замешательство.
