Левушка два года назад женился, на младшей дочери барона фон Будберга. Они счастливо жили в фамильном замке под Рерью, занимаясь сельским хозяйством.
- Идемте, - вздохнула Мария Львовна, - правда, очень нехорошо, когда именинница опаздывает...
Тридцать лет - самое время подвести итоги. И Мария Львовна, вполне заслуженно гордилась собой. Она уже сделала очень много, но сделает еще больше.
За эти годы Русина очень сильно изменилась. Начальные школы теперь работали при каждом храме. В каждом крупном городе они построили и открыли школы-интернаты второй ступени, где учатся самые одаренные выпускники начальной школы.
Отсев, конечно, там идет жесткий, не более половины от поступивших получают аттестаты. Но зато их ждут университеты Новой Мосвы.
Сейчас их уже пять: механики и инженерии, которым руководил Митяй — Стрижков Дмитрий Петрович, медицинский, сельскохозяйственный, педагогический и естественных наук, где балом правили алхимики под предводительством Вениамина Аристарховича.
Ох, как она билась за эти университеты с его величеством! Они спорили до хрипоты, и король несколько раз грозился казнить ее, как растратчицу королевской казны. Но в итоге все равно соглашался с ее доводами.
Но зато именно эти университеты и вошли в историю, увековечив имя Ивана Васильевича Донского, как великого реформатора и просветителя.
Несколько месяцев назад королем стал его сын, Дмитрий Иванович, продолживший дело своего отца. С Дмитрием Ивановичем получалось ладить гораздо лучше, и Мария Львовна надеялась, что ее мечты о проведении в Русине мировых научных симпозиумов будут реализованы.
Пока же все новые знания принадлежали только Русине. Под страхом смертной казни было запрещено делиться достижениями с другими государствами. И даже на экспортную торговлю необходимо было получать особое разрешение. Это было условие его величества десятилетней давности.
С тех все сильно изменилось, и Русина могла стать мировым флагманом научно-технического прогресса.
А железный занавес не самый лучший вариант, Мария Львовна помнила уроки истории другого мира... и готова была сделать все, чтобы ничего подобного здесь не случилось.
Да, как-то так само собой получилось, что мир, из которого она пришла, стал чужым. А этот, где жила она сама и ее семья, - родным и близким.
- Миша, - пока очередной гость говорил цветистую речь, она толкнула мужа и прошептала, - я должна тебе сказать... кажется, я снова беременна...