А потом он уехал, и сдерживать гулянки моих родителей стало некому.
Закрыв глаза, я расслабилась. В присутствии чужака была своя прелесть. Сюда точно никто из моих не сунется, да и сам он не тронет.
Песнь ветра и глухой лязг метала, ворчание мужчины постепенно укачало, и я снова задремала.
Мир вокруг меня взревел. Вскрикнув, резко села и зажала уши. Куртка слетела с моих плеч и упала на землю.
Звук резко смолк, а я схватилась за сердце. Испугалась жутко. Вот это с добрым утром."
"К слову, солнышко уже поднялось достаточно высоко, наверное, сейчас часов девять или десять.
Новый сосед всё ещё ремонтировал своего железного коня, ставя на уши всю округу. Естественно, делать какое-то замечание ему я не рискнула. Что я враг себе, что ли?! Понятно, что пошлёт так далеко, что всю жизнь искать то место буду и не факт, что найду.
Широко зевнув, прикрыла рот рукой и поёжилась. Никогда не любила холод, но тут уж приходилось терпеть. Подняв куртку, накинула её на плечи. Спать больше не хотелось, сон как рукой сняло.
Нужно было вставать и браться за учёбу.
Глава 7
Аккуратно сложив одеяло, я снова глянула в сторону нового жильца. Он стоял у мотоцикла лицом ко мне. Красивый. На вид примерно под тридцать лет. Жгучий брюнет, вьющиеся густые локоны чуть-чуть не доставали до плеч. Нужно отметить, что до могучих плеч. Такого гиганта поди и среди берсеркеров не встретишь.
Зайдя в гараж, мужчина вернулся с канистрой, в которой болталась тёмная жидкость. Присев на корточки, он снова принялся что-то откручивать.
Его поза позволяла мне оценить толщину мужских бёдер и бицепсов. На нём красовалась явно дорогая футболка-безрукавка и спортивное трико с низкой посадкой. И когда он вот так сидел, то…
Мою голову первый раз за всю жизнь посетили греховные мысли. Просто штаны так обтягивали и низко сидели. Эта ложбинка на пояснице. Мне стало стыдно за собственные помыслы, но так захотелось ощутить настолько оно всё упругое. Эти руки, огромные, с выступающими венами, такие сильные. Я представила, как они сжимают моё тело, как его ладонь ползёт по моему бедру.
Я буквально кожей ощутила жар смущения.
Лицо запылало.
Оборотень замер и снова повёл носом.
Я спешно отвернулась и, вытащив из сумки тетрадку, нервно бросила её на деревянный стол, а у самой перед глазами картинки одна другой неприличнее. Я даже представить не могла, что можно возбудиться просто от вида мужских рук, но я отчётливо видела, как они сжимают мою грудь, как скользят по низу живота и… ааа.
