Но никаких конструкций для установки станковых пулеметов или пушек здесь не было, только амбразуры на четыре стороны. Скорее уж, это наблюдательный пункт. За кем, для чего? Где связь с командиром? Хотя временный кабель от полевого телефона бросить и убрать тут легко. Интересно, что снаружи амбразуры не видны. Он как раз и не заметил ничего такого. Трава, кусты немного мешают, заросло все, вот и не видно снаружи.
— Ну как? — с довольным видом спросил Жорка. — Там, внизу, вентиляция есть, так что можно на спиртовке разогревать консервы, если хочешь, и чай кипятить в кружке.
А еще там яма бетонная есть, в ней температура градусов двенадцать или пятнадцать. Я там масло хранил. Не таяло.
— Не понимаю я назначения этого строения, — задумчиво сказал Ивлиев. — Ну да ладно. Слушай, Жорик, ты парень ушлый, тебя голыми руками не возьмешь, и из воды ты сухим всегда выйдешь. Скажи мне: где, по-твоему, в городе можно спрятать похищенного человека?
— Ты что? — Жоркины глаза стали серьезными и внимательными.
— Хочешь кого-то похищать?
— Не дури, — усмехнулся Ивлиев. — Я ищу девушку. Ее похитили, а я должен ее найти и освободить."
"— Так вот чего ты тут ошиваешься, — почесал в затылке Жорка. — А я смотрю, не работаешь, не служишь нигде, а в Котляре тебе как медом намазано, хотя на вора ты не похож. А насчет девушки, это надо еще понимать, для чего ее похитили. Я к тому, будут ее возвращать потом, есть у похитителей такое в планах? Или ее больше никто не увидит, потому что она опасный свидетель всех этих делишек.
Ты без обид давай, Васек, дело это такое.
— Боюсь, что возвращать ее не собираются, — угрюмо ответил Ивлиев после долгого размышления.
— Вот я и говорю, что разница большая, — переходя от амбразуры к амбразуре, говорил Жорка. — Бывало, дочку богатенького папаши или жену хозяина дорогих магазинов хватали урки и выкуп требовали. Тогда проще в городе, в подвале каком-нибудь. Денег дождались, и врассыпную, только их и видели. А потом соберутся где-нибудь в Керчи, в Мариуполе или вообще в Минске.
А девка сама выберется потом из подвала и явится к мужу и властям. Только ловить уже некого. А когда дело посерьезнее замышляется, когда за это дело «через повешение» ожидается, то не так делают. Заложницу не найдет никто и никогда. Скорее всего ее и в живых давно нет, а муж или отец деньги на выкуп собирает или другое требование похитителей выполняет. И прячут ее не в городе, тут гарантия должна быть.
