— А я как помогу-то! Свидетелем выступлю, что не спал он с ней? — засмеялся водитель, поигрывая папиросой в уголке рта.
— Не-а, — засмеялся в ответ Ивлиев. — Я к тебе в фургон залезу, а ты дождись, когда автобус к остановке подъедет, и сразу встань за ним. Я открою дверь, дружка кликну, он в машину прыгнет, а ты за автобусом следом тронешься. Через два квартала останови и выпусти нас. Всего-то делов. А баба его кинется к остановке, а там мужа нет. Решит, что обозналась.
Водитель хлебной машины хотел было отказаться, но промолчал, видя, как Ивлиев отсчитывает одну ассигнацию, вторую.
И какая мне разница, что у них там, весело подумал он, прикидывая, что конец смены близок, а пиво сегодня свежее завезли в киоск по дороге домой.
Жорка удивился, когда из распахнувшейся дверки хлебного фургона высунулся Васек и стал отчаянно махать рукой. Но он всегда подозревал в своем новом дружке человека даже более серьезного, чем сам Жорка. Поэтому, не особенно раздумывая и полагая, что у Василия есть все основания играть в конспирацию, заскочил в машину.
Когда фургон остановился через два квартала и Василий потянул Жорку наружу, а потом по ступеням вниз по лестнице, к прудам, он наконец стал приставать с расспросами:"
"— Слышь, куда ты так бежишь? Что за шухер? Ты можешь сказать или нет?
— Уф! — Ивлиев вытер пот со лба своей кепкой. — Теперь могу. Оторвались мы хорошо, даже если у них и есть машина.
— У кого?
— «Пасли» тебя, Жора. Ты как из арки вышел, весь из себя счастливый и веселый, я сразу «топтуна» увидел.
Ты остановился шнурок завязать, а он сразу за стенку шмыгнул и поглядывал за тобой. Ты снова пошел, и он за тобой следом. Потом ты на остановке сидел, а он за газетным киоском стоял и через стекло за тобой следил.
— Уголовка, точно! — уверенно кивнул Жорка. — Я как чувствовал.
— Что за дела, ну-ка, поделись со мной. Вместе подумаем, чем это грозит тебе лично и нам обоим. Я у тебя живу, могли и мою личность запечатлеть.
— Да ладно, че ты, — ухмыльнулся Жорка, немного нервно посматривая по сторонам.
— Я понимаю, у тебя авторитета побольше моего, только мы с тобой вроде договорились не лезть в дела друг друга.
— Жора, кончай понтовать, — покачал Ивлиев головой. — Мы с тобой хоть и корешки теперь, но ты учти, что из-за своих мелких делишек ты можешь создать мне много проблем. А мои дела посерьезнее. Мне с ментовкой времени терять не хочется. Откуда за тобой «хвост»? Ты же не вор.
