Участниками комиссии были геологи, гидрологи, строительные инженеры. И в результате всех расчетов, промеров однозначно решили, что дамба не выдержит даже малейшей просадки пород. Она просто пойдет трещинами и рухнет от напора воды. Тогда расчет показал, что давление массы воды в нескольких точках…
— Подождите, Павел Архипович! А отчет официально публиковался? Я ведь так понимаю, что он был из разряда изыскательских работ, а значит, должен был быть опубликован официально?
— Ну, он и был издан официально.
Экземпляр имелся в Геологическом департаменте, несколько в университетской библиотеке. Естественно, у каждого участника исследований.
— То есть, Павел Архипович, половина города располагала сведениями о том, где у дамбы самое слабое место, и о том, что один из штреков самого верхнего горизонта проходит под землей в опасной близости от нее?
— Ну да, — немного нерешительно ответил инженер, непонимающе глядя на Ивлиева. — А к чему вы клоните, Василий Ильич?
— А клоню я к тому, уважаемый Павел Архипович, что бандиты не шахту хотят взорвать.
Точнее, не только одну шахту. Шахта — это лишь способ незаметной доставки взрывчатки к основанию дамбы. Скажите, что будет, если рванет тонна тротила в конце 5-го штрека, там, где проходку остановили из-за близости дамбы на поверхности?
— Страшное дело, — ошеломленно глядя на Ивлиева, тихо ответил Белецкий. — Будет потоп. Я не берусь предсказать степень разрушения дамбы, но, думаю, той массы воды, что заперта за ней в озере, достаточно, чтобы даже частично разрушенную дамбу снести в несколько минут.
А потом вода хлынет… на город.
— Что грозит городу, если дамба не выдержит? — продолжал упорно задавать вопросы Василий.
— Я не знаю, не думаю, что снесет дома и улицы, хотя, безусловно, есть ветхие строения, которые пострадают. Естественно, могут погибнуть люди. Те, кто не сможет выбраться из подвальных помещений, полуподвальных.
Если взорвут ночью, жертв будет больше. Стойте-ка, молодой человек, у меня топографическая карта территории города. Мы ведь, когда проектировали новые проходки, ориентировались… сейчас посмотрю. Где-то она у меня была.
Белецкий поднялся из-за стола и ушел в угол, к своему рабочему столу и этажерке с документацией. Он перебрал с десяток рулонов каких-то карт и схем, пока наконец не нашел то, что ему было нужно.
— Вот она.
