Неприкаянные души немецких солдат злобно наблюдали за ним…
Он прошел через рощицу, наткнулся на стальную ограду. Она изрядно проржавела, в нескольких местах упали секции. Олег вернулся к котельной, к гаражу, по тропинке, тянущейся в южном направлении, ушел в глубину парка. Проезд здесь имелся, причем в любом направлении. Дорожки переплетались, разбегались лучами. В дальнем конце территории находились два крупных павильона — они развалились почти полностью.
В один можно было пролезть, что он и сделал. Проход во второй был закрыт.
Березин покрутился у флигелей и беседок, сделал кое-какие выводы. Одна из беседок была раздавлена траками танка. Необходимости ее давить у танкиста не было, но он решил позабавиться.
В восточной части парка, недалеко от лесополосы, находился еще один павильон — открытая галерея с колоннами. Неплохое место для времяпрепровождения на открытом воздухе. Там сохранились качели, столы, небольшая клумба. Большая часть павильона была разрушена. И здесь танкисты тоже забавлялись, били прямой наводкой только для того, чтобы разрушить, избавить мир от этой красоты.
Всюду валялись осколки разорвавшихся снарядов.
Он сел на ступени павильона, закурил. Потом достал блокнот, стал набрасывать план территории: схематично изображал строения, рядом с одними ставил галочки, напротив других — вопросительные знаки. Поднял голову, задумчиво уставился на искалеченный дворец, представший со стороны во всем величии. Удрученно покачал головой: если уж раньше Анна Иоанновна отказывалась в нем жить, то что бы она сказала сейчас?
Глава 7
На землю опускались сумерки.
Он догнал Юлию на машине, когда она выходила в северный парк. Женщина посторонилась, он нажал на тормоз, остановился рядом с ней.
— Вот это правильно, Юлия Владимировна, уходить с работы нужно до темноты — во избежание всяких астральных приключений, так сказать… Почему одна идете, а не со всеми?
— А они напрямую ходят, — подумав, ответила Юлия, — через лесополосу, а потом переулками. Я живу на северной окраине Никольска, мне ближе здесь.
Понимаю, что неразумно ходить одной, но иногда так хочется быстрее добраться до дома, отдохнуть…
— Садитесь, довезу.
— Ну, что вы, — она смутилась, — зачем вам такой крюк давать?
— Ничего. Машина железная — стерпит. Присаживайтесь."
"— Спасибо. — Она с готовностью забралась на сиденье, прижала к себе потертую сумку с истончившимися ручками. — А то, знаете, иногда действительно страшно ходить одной. Такие жуткие истории рассказывают.
