Вы пытались спасти ценности из Пушкина, Слуцка, а с Никольском опомнились уже под конец… Наши войска вели стремительное наступление, вы не ожидали, что мы прорвемся так быстро. В этой операции не было бы смысла, если бы мы с ходу взяли село перед дворцом, а потом ворвались бы на этот объект. Но в селе наши войска встретили сопротивление, и им пришлось задержаться. Не помню название этого населенного пункта…
— Красивое, — подсказал Березин.
— Да, возможно. Я плохо помню… Наши люди работали по перехвату этого груза, видимо, потерпели неудачу, или… мне сообщили не все.
Я не люблю работать в неопределенных ситуациях, когда нет ясного видения, но это был именно тот случай. Нам приказали высадиться севернее дворцового объекта и, по возможности, перехватить колонну из двух машин…
— Даже так? — перебил Олег и задумчиво почесал карандашом висок. — Выходит, среди персонала музея были ваши люди, и даже в тех условиях они имели возможность связаться с Абвером?
— Этого я точно не знаю, — пожал плечами пленник.
— Все происходило сумбурно, мы не имели точной задачи. В том районе не было вашей ПВО, поэтому мы сделали пару кругов. Потом пилот сообщил, что видит две машины, следующие в северном направлении, и я принял решение десантироваться. Думаю, вы знаете, что было дальше…
Олег лихорадочно размышлял. Отправка радиодонесения — значит, агент находился в окрестностях музея. Вряд ли это был посторонний, сидящий в кустах, только сотрудники знали о прибытии конвоя для вывоза ценностей. Но кто этот агент и где он сейчас? Сколько воды утекло.
Мог погибнуть, уйти с немцами — вариантов множество. А десант — всего лишь подстраховка. Впрочем, как оказалось, сработал именно он. Березин фактически не узнал ничего нового. Выискивать мифического лазутчика в персонале музея (казачок явно не засланный, а завербованный) — дело тухлое и никому не нужное. Сто процентов, что сейчас его там нет.
— Спасибо, герр Штайгер, — бодро произнес Олег. — Дальше расскажу я. Одного из сопровождающих вы приняли за мертвого.
Подогнали брошенную машину с проселочной дороги, перегрузили в кузов контейнеры — поскольку «ГАЗ-АА» был безнадежно поврежден. Препятствий по дороге вы скорее всего не встретили, а вскоре район уже находился под вашим контролем. Захваченные ценности вы сдали куда положено, получили благодарность от командования, возможно, были представлены к награде…"
"Последующая тишина была подозрительной. Штайгер порывался что-то сообщить, но не решался.
