Он имел сведения, что вы покинули район, на объекте никого не будет и надо форсировать работы, поскольку скоро появится строительная техника. Донесение получено явно от Казаринова из никольской милиции. Вернуться они должны завтра до рассвета. Если не вернутся, будет повод для беспокойства…
— Где сейчас находится Коржавин? — перебил Олег.
— Важные дела пока держат его в Ленинграде. Там намечается встреча с представителями уголовного мира, часть которого немцы не прочь привлечь на свою сторону. За домом на улице Рубинштейна уже ведется скрытное наблюдение.
Приметы фигуранта у наших сотрудников есть…
— Надеюсь, им хватит ума не выдать себя. К ночи надо брать. Днем не стоит, кругом люди, и этот гад там не один, а вот когда уснут… Почему вы так смотрите? — разозлился Олег. — Вы же не собираетесь провернуть эту операцию без меня? Или вас что-то смущает?
Ночь выдалась облачной, было холодно. Незаметно подкрался циклон, окутал город пеленой изморози. Была полночь, когда неприметный автобус, переделанный из немецкого «Кюбельвагена», свернул с Невского проспекта на улицу Рубинштейна, проехал полквартала и нырнул в первый попавшийся дворик.
Люди выскользнули из автобуса на улицу, дальше двигались пешком. Город был пуст, по улицам и проездам расползалась туманная дымка. Тени передвигались быстро. Из серого мрака проступали поврежденные строения.
Нужный дом находился в глубине двора, за полквартала до «Пяти углов». Гулкая подворотня, двор-колодец. Смыкались крыши соседних строений — обычное явление для центра Ленинграда.
Вместе с Березиным прибыли пятеро: капитан Веслов и четыре младших офицера Управления госбезопасности. Шли в форме — слежка и долгая засада не планировались. Проникли в подворотню, двинулись, прижимаясь к стенам. Избытком населения этот район похвастаться не мог — электричество в принципе дали, но свет нигде не горел. Кто-то рано ложился, другие по блокадной привычке задергивали окна плотными шторами. Многие квартиры пустовали.
По цепочке передали: тихо. В «колодце» кто-то был, в районе подъезда мерцал огонек папиросы. Ранее наружное наблюдение докладывало: у подъезда сидит человек «на стреме». Иногда уходит в квартиру на первом этаже и контролирует ситуацию из окна. Квартира фигуранта на четвертом этаже (окна выходят на другую сторону), ему не сложно пробежаться по лестнице и сообщить условным сигналом об опасности…
В квартире действительно проходила «сходка».
