Почему-то вспомнилась та изнасилованная своими же коллегами женщина из охраны. Она, наверное, так же, как дурочка безоговорочно верила, тем мужчинам.
Ничему меня видимо жизнь не учит.
Слезы все-таки хлынули потоком из моих глаз. Трясущимися руками я принялась судорожно застегивать магнитные застежки на рубашке. На Сферра я не смотрела, и поэтому отпрянула от неожиданности, когда к моим пальцам присоединились и его. Молча, он помогал мне застегнуться. После стянул с меня мою тонкую форменную куртку, а сверху на мои дрожащие плечи накинул свою.
Она была мне очень велика. Подогнув рукава, он защелкнул все липучки. В одно мгновение меня окутало тепло и запах этого мужчины, который хранила его вещь. Куртка была необычно мягкой, а длиною доходила мне до колена.
Хлюпая носом, я не знала, что мне делать дальше. Разболелась голова и, наверное, впервые за пару десятков лет, я снова ощутила себя преданной маленькой девочкой, которую тащат куда-то. А я все никак не пойму, куда и зачем, и что будет дальше. От бессилия я расплакалась с новой силой.
Сферр попытался поднять меня на руки, но неожиданно для самой себя, я стала бешено сопротивляться.
— Не трогай меня. Никогда больше не трогай меня. Не подходи ко мне. Я доверяла тебе. А ты, ты…
Бессилие. Это все, что могла я сейчас чувствовать. Беспомощность и страх. Как заведенная, я металась по комнате и пыталась раз за разом выскочить из отсека. Но Сферр преградил мне путь и отталкивал каждый раз, как тоько я приближалась к выходу.
Бесполезно.
Все бесполезно.
Забравшись на стул с ногами, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Слезы закончились, а следом навалилась страшная апатия. Весь груз последних прожитых событий обрушился на меня с такой силой, что я испугалась быть раздавленной.
Не знаю, сколько я вот так сидела. Я слышала, как аррафат перемещался по комнате, что-то двигал и рычал, но меня это не заботило. Все, что я сейчас хотела, это покоя и тишины. Но ни того, ни другого получить было нереально. Какой покой, когда огромный малознакомый мужчина, желающий использовать меня по прямому назначению, ходил на расстоянии вытянутой руки, а из общего зала раз за разом доносился чей-то рев, крики и предсмертные стоны.
"
"Меня шатало, а в голове царил липкий туман. Тихо раскачиваясь, я обдумывала план побега, при этом прекрасно понимая, что сбежать невозможно. А некуда было бежать! Я на корабле неизвестной мне расы в окружении оравы тварей, которые почтут за счастье просто свернуть мне шею.
