Потыкав в него пальцем, который на сантиметр и не меньше, окунался в эту субстанцию. Все же не удержала любопытство и спросила.
— Из чего оно сделано, что за материал такой?
— Харфит — как-то буднично ответили мне. Я вскинула взгляд и уставилась на змеемуха:
— А ты значит, высокородный ахунт? — уточняюще произнесла я, глядя на его мерзкий рот. — И я похоже, все-таки не свихнулась. А кто такой аррафат? Хотя не отвечай, мне и тебя за глаза хватает для первого шока. И не могли вы оказаться посимпатичнее, что ли. Ну, тварь жуткая же.
— Самка! — взревел он бешено. Я таки довела змеюку мухастую или муху змеистую, это с какой стороны начать смотреть. — Ты … Ни одна женщина не смеет так себя вести. Твое дело молчать! Молчать и внимать мне, мужчине. Ни один уважающий ахунт такую … такую…
Что даже определения для меня не нашлось?! Однако. У меня для него столько вот всяких эпитетов имеется, а он меня и обозвать не может!
— Такую, это какую? — подначила я его.
Если честно, то именно страх руководил моим разумом.
Именно он развязывал язык, заглушая здравый смысл. А вот разум мой как раз, буквально вопил, что мне заткнуться надо и остыть. Но даже при желании, на это я была не способна. Хаониты, которые я вколола себе совсем недавно, имели нехороший побочный эффект. Они повышали уровень адреналина и совсем отключали в мозгах инстинкты самосохранения.
— Так, какая я? — снова, вопреки здравому смыслу, поддела я инопланетянина.
— Женщина, — его голос звучал как-то глухо, словно он сдулся. — Я уже дважды пожалел, что потратил на тебя ценный арх.
Таким универсальным переводчикам цены нет. Думал, возьму тебя к себе в гарем. Но, — он выдержал паузу, — ты не самка, ты отброс. Даром, что лицом и телом пригожа, но нутро воина. Ты же смеешь руку на мужчину поднимать. Немыслимо! Недопустимо! Мараться с тобою ни один уважающий себя ахунт, даже самой низкой ступени, не станет. Это позор. Но за арх ты мне заплатишь, — недобро улыбнулся он, а потом что-то быстро нажал и меня буквально мгновенно засосало в кресло.
Этот желеобразный харвит оказался с подвохом. Недаром он меня нервировал. Эта густая субстанция обтекла меня, сковывая талию, запястья и бедра. Сделать лишнее движение было нереально. Я заверещала и задергалась. Змеемух же медленно встал и, обойдя своих все еще валяющихся на полу воинов, что-то вколол мне в горло, которое тоже фиксировал этот странный харфит. Тело свело судорогой. Вернувшись, инопланетянин снова смерил меня немигающим взглядом.
