Между тем, этот самый хвостатый Шо Му демонстрировал голубую «лампочку» хараку. Они задумчиво терли затылки, делали умные лица и выразительные глаза. Я не выдержала первой.
— А вот можно теперь все объяснить словами, и желательно так, чтобы даже недалекие дилетанты поняли? — чуть раздраженно попросила я.
На меня зыркнул змей и скривился. Да-да, и пусть лицо рептилии, но его выражение я поняла. Вот такого уже не потерплю.
— А вот если я завтра на ринге вашему «иншенеру», — передразнила я шипяще, — хвост, ненароком, прищемлю, он уважительнее станет?
— Нет, — неожиданно весело отозвался харак, — он уважение только Сферру выказывает и то исключительно в глаза.
Высокомерная кобра насупилась и таки поделилась информацией.
— Шдешь два уровня зашиты, у нас тут вот, — он подбросил в ладони синий шарик, — и такая ше на арене. Нушно отключить ее как-то там.
Если честно, ничего не поняла, но лицо сделала умное. Остальные игроки, которым повезло пройти испытания, сидели в своих камерах-платформах и не выглядывали.
Игнорируя нашу компанию. Хотя крахх, высовывающий свой нос и прислушивающийся к нам, немного нервировал."
"— А эта жаба свинорылая с вами? — я кивком указала на любопытствующую особь.
— Нет, не шнами, — тихо пошипел мне Ша Си, — кроме того, думаю, што он на ахунтов работает.
— Этого, — рыкнул над ухом Шаму ад Коинфар, — мы завтра с тобой прикончим на арене. Я им займусь, а ты подстрахуешь. У него в напарниках манох, — кивком мне указали на несчастного таракана в одной из платформ, — он мешать не станет, ему такой напарник не в радость.
Да уж, тут как говорится, «печалька» на лицо. Бедный таракан, разве что не плакал. Этот убиению крахха явно мешать не станет, а может еще и поможет.
Вот удивительно — тот, кого я до ужаса напугалась в первый же день в трюме, сейчас казался мне таким обычным. За то время, что я провела среди инопланетных монстров, я научилась видеть не только их жуткую внешность, а различать выражение их лиц, эмоции исходившие от них. Они стали чем-то естественным.
Вот и сейчас, смотря на маноха, я ему сочувствовала. Еще бы жабу такую в партнеры. Я еще помнила, как убивал его сородич беспомощных раненых. Краххов я ненавидела.
— Раз надо, значит устраним, — подытожила я.
— Шенщина, — это слово Шо Му как-то выплюнул, — шенское дело на кладках шидеть, яйца вышишивать.
Я ах слюной поперхнулась и вылупилась на этого чешуйчатого полового шовиниста. И тут же представила себя сидящей на горке яиц. Снова поперхнулась.
