Хватит, мы не болванчики, с нами так нельзя! - кричит она в трубку, и ее голос дрожит от обиды, от той боли, которую я слышу уже не в первый раз."
"Я сжимаю телефон, а хочется биться головой о стекло, но жаль это не поможет. Но когда слышу, как там всхлипывает наш сын, все же хочется удавиться. Его слезы пронзают меня насквозь, оставляя после себя лишь пустоту и чувство, какой же я урод.
- Объясни мне, почему из-за каких-то тварей должна страдать моя семья? – ее слова вырываются хрипло, а я бью кулаком по подголовнику переднего пассажирского сидения, желая выпустить пар.
Водитель в зеркало заднего вида бросает испуганный взгляд, но мне плевать.
- Родная, не кричи, пожалуйста, успокойся... - пытаюсь сказать ровно, но голос предательски дрожит, выдавая ту слабость, которую я ненавижу в себе больше всего в этот момент.
- Не надо меня успокаивать. Себя успокой. Ты уже достал, тебе на нас плевать! - ее крик обжигает хуже кипятка.
- Это не так, Ириш. Просто мой план под угрозой. Мне нужно срочно решить один вопрос.
Я обещаю, я к вам вечером приеду. Вечером я точно буду дома, - говорю это, уже зная, что, возможно, снова совру. Но как сказать правду? Как признаться, что из-за моей жажды забрать все для их сытого будущего, страдают они же, те, кого я действительно люблю?
Она молчит. Тяжело дышит, я слышу ее дыхание через трубку: прерывистое, нервное, и каждый вдох будто бьет меня кувалдой прямо по ребрам.
- Если вечером ты не приедешь... Значит, завтра меня в городе уже не будет.
Все, Марк, мне это надоело. Я заберу сына, и мы уедем домой, туда, откуда ты нас забрал, и там я найду ему другого отца, раз родному отцу он не нужен. Я женщина, я сына сама не воспитаю.
Последний крик и тишина, за которой следуют короткие губки.
Черт.
Черт!
Черт!!!
Я сижу, глядя на потухший экран, и понимаю, она не пошутила, она действительно уедет, а я не могу этого допустить. Я должен сберечь самое ценное, что есть в моей жизни, и я сберегу, чего бы мне это не стоило.
И раз так. То…
- В офис. Живо, - два слова звучат хрипло и жестко, как приговор. Водитель резко дает газ, и машина рвется вперед, но ничто уже не может унести меня от того, что я натворил.
За окном мелькают огни города, размытые дождем, как и все в моей жизни сейчас.
Глава 17
Глава 17
Альбина
- Да, Марк, хорошо, я тебя понял. Жду, - спокойно разговаривая с мужем, говорит Тимофей.
А я улыбаюсь, предвкушая то, что нас ждет впереди. Тимофей решился.
