Но даже среди проституток он старался выбирать именно тех, кто хотя бы отдаленно напоминал ему Елизавету.
Конечно, всего рассказать невозможно…
— Ты хочешь сказать, что после меня у тебя не было даже легких романов? — спросил Савелий.
— Признаюсь, то, о чем ты думаешь, едва не произошло. Он был нежен и ласков.
— Уж не тот ли это хлыщ, с которым я тебя встретил в Париже?
На лице Елизаветы отобразилось нечто похожее на смятение. Наконец она отважилась:
— Да. Он самый. Оболенский. На следующий день мы должны были ехать к его родителям на смотрины… Но встреча с тобой изменила все мои планы.
В твоем неожиданном появлении я увидела знак провидения. Если тебе нравится, так даже могу сказать, что меня судьба предостерегла от ошибки.
— Не скрою, мне приятно это слышать.
Савелий украдкой посмотрел на часы. Оставалось пятьдесят минут.
— Если это действительно так, давай сойдем на первой же остановке!
Если исходить из предварительного плана, то дыру в крыше бронированного вагона Заноза проделал уже шесть минут назад и сейчас перешел в тамбур следующего вагона.
— Извини, мне сейчас нужно выйти. Я отвечу тебе позднее.
Савелий взял небольшой чемоданчик и покинул купе. Проводник, признав в пассажире важного гостя, натянуто улыбнулся.
Савелий распахнул дверь, в тамбур мгновенно проникли клубы едкого дыма. Пора. Родионов выглянул наружу, в лицо ударил упругий воздух. Все-таки Заноза молодец, свое дело знает — с правой стороны была закреплена веревочная лестница, до которой всего лишь рукой подать. Савелий ухватился за нее, на мгновение ноги его лишились опоры, но он тут же нащупал носком веревку.
Посмотрел вверх. До крыши было каких-то полтора метра. Ветер все более сердился и грозился сорвать его с поезда. Подтянувшись, он ухватился за край крыши, а еще через минуту взобрался наверх. Бронированный вагон находился в самом конце состава. Согнувшись под порывами упругого ветра, Савелий уверенно побежал по крыше вагона. Расстояние между двумя сцепленными вагонами было в два аршина. Савелий замер на бегу, как бы примериваясь, а потом, отступив на шаг, прыгнул вперед.
Оставалось еще два вагона.
Стараясь не обращать внимания на бьющий в спину ветер, Савелий зашагал дальше. В одном месте он не заметил торчавший болт и, споткнувшись, едва не слетел вниз. Осторожно поднялся. С опаской посмотрел на землю — лететь было высоковато. Миновал еще одни вагон, следующий — бронированный. Дыру в крыше вагона Савелий увидел издалека — там виднелись торчащие покореженные края.
