Больше мои нервы не выдерживают.
— Говори, зачем пришел, и уходи, — только сейчас замечаю, как у меня трясутся руки. Прячу их за спину. — Я устала, хочу лечь.
Рустам медленно поднимается, сует руки в карманы брюк и ступает навстречу. Вздрагиваю, натягиваюсь струной. Неужели он способен применить силу? И что мне тогда делать?
Отбиваться? От такого не отобьешься. Кусаться, вырываться, кричать?
Дура, почему я не согласилась сразу на все, что предлагал Демид, и не уехала с ним?
Но Айдаров вдруг останавливается, будто перед ним возникло невидимое препятствие.
— Я так соскучился по тебе, Сонь, — говорит хрипло, и мне кажется я слышу оглушительный треск.
Это в один миг лопается и покрывается трещинами гипсовая маска, а зеркально им трескается броня, за которой я надеялась спрятать свое сердце.
Рустаму больно, он этого не скрывает, и если я покажу свою боль, никому легче не станет. Но если она не видна, это не значит что ее нет.
— Поехали домой, Соня, там без тебя так пусто."
"Закрываю глаза, чтобы не видеть лихорадочного блеска в черных глазах.
Не зря я избегала встречи с мужем. Потому что понимаю, как безумно и дико по нему соскучилась. По нашему дому, который я так любила. По нашему миру, которого больше нет, но по которому я безнадежно тоскую.
Только вместе с останками моей уничтоженной любви из-под обломков тихо выползают обида, злость, ревность. Все, что я старательно прятала за защитной броней.
Оживает в памяти и отбрасывает в точку, с которой начался крах нашего брака. Лиза, ее ребенок, предательство мужа.
«Он ее выгонит, и мы поженимся!»
И это придает мне силы.
— Ничего, Рустам, когда родится ваш с Лизой сын, твой дом снова наполнится голосами, — сама не верю, что это я говорю. Рустам тоже не верит. А я продолжаю с мазохистским наслаждением: — Потерпи, осталось недолго ждать. Какой у вас срок? Двадцать восемь недель? Тридцать?
— Соня…
— Молчи. Уходи, Рустам. Тебе не стоило приходить. Или ты всерьез думал, что я со всем соглашусь, и мы составим график посещений жены и любовницы?
— Все не так, малыш, — он трет пальцами переносицу.
— Лиза это ошибка. Случайность. Я не снимаю с себя вину, но она мне не нужна. Мне только ты нужна, Соня, моя жена.
От изумления приоткрываю рот.
— Да? Ты случайно не от нее ко мне приехал? Пожаловался за ужином на свою бесплодную жену и приехал?
Представляю на миг, что действительно потеряла бы тогда ребенка, и чуть не вскрикиваю от боли. Я бы тогда умерла. Просто умерла бы с горя.
