— Ты все знала?
— Да, — отвечает она дрожащими губами, — Адам мне написал, но… Я подумала, раз Дамир все равно в нашей семье, пусть все останется как есть…
Рустам разворачивается и вколачивается кулаком в стену. Тяжело дышит, на лбу проступают капли пота.
— Это потому что он его сын, да?
Ясмин отрешенно кивает.
— Я всегда мечтала о ребенке от Адама. А тут… Дамир. Пусть хоть как внук…
— Ну так удочерила бы Лизу, — жестко отвечает Рустам. — Вы с ней друг друга стоите.
— Ты снова выбрала не нас, мама, — монотонно заговаривает Руслан, но у него так и не получается скрыть сквозящую в каждом слове горечь.
— Кто заявил на тебя? — смотрит на меня Рустам, подходя ближе. Смеряю глазами ободранные в кровь костяшки, выдвигаю ящик и достаю оттуда салфетки.
— Я сам облажался, — протягиваю Рустаму. — Я подслушал разговор отца и Ясмин, они ссорились, и она бросила ему в лицо, что избавилась от его любовницы. Сам провел расследование. Это было мое первое дело. Нашел исполнителей, но они захотели заработать больше и сдали меня Ясмин.
Отец откупился, но доказательства не уничтожил. Может, не успел. Может, боялся, что я захочу повторить, и пытался так меня удержать. Когда его не стало, Ясмин нашла бумаги, показала вам. Ну и…
— Ясно, — Руслан поднимается из-за стола, выпрямляется и произносит, глядя матери прямо в глаза: — Значит так. Ты моя мать, я не стану ни заявлять на тебя в полицию за соучастие, ни лишать денежного содержания. Но ты больше не подойдешь ни к моей жене, ни к моим детям.
У тебя больше нет сына, мама. Рустам как хочет.
Он направляется к двери.
— Подожди, Рус, я с тобой, — окликает его Рустам. Затягивает зубами узел на повязке из салфетки и смотрит на меня. — Ты идешь?
Молча достаю из ящика папку и встаю из-за стола."
"— Рустам, — шепчет Ясмин, глядя на него глазами, затянутыми поволокой.
— Я согласен с Русом, мама, — качает тот головой. — Ты сделала свой выбор и не один раз. Я не подпущу тебя к своей дочери, прости.
Он идет вслед за Русланом, они вместе выходят из кабинета.
— Что, добился, чего хотел? Тварь! — Ясмин выставляет перед собой руки с согнутыми пальцами и шипит как дикая кошка.
Даже не смотрю на нее, пока обхожу стол. Проходя мимо, притормаживаю и говорю, по-прежнему не глядя.
— Я же говорил, что тебя уничтожу. Раздавлю как гадину. И сдержал слово. Просто стал действовать умнее.
— Научился, сучье отродье! — она плюется ядом. — Жаль, что я не удавила тебя в детстве!
— Ты меня недооценила.
