– Ты пригласил кого-то старше сорока? – удивленно приподнимаю брови.
В последний раз, когда Паша праздновал свой день рождения несколько лет назад, это был лишь повод для очень отвязной вечеринки, на которую точно не пригласили ничьих предков, даже его.
– Забудь о прошлом разе, сейчас планируется совершенно другой формат, так что ни у кого сердце не откажет, даже у родителей, – ухмыляется он. – Вряд ли Ксюша оценила бы, устрой я все, как на совершеннолетие."
"Ах да, Ксюша. Он ведь пытается произвести на нее впечатление.
И как я могла забыть?
– Думаешь, у вас получится что-то серьезное?
– Не знаю, время покажет, – пожимает он плечами, начиная есть. – Но она мне очень нравится, Фима.
– Тогда я тебе помогу, – заявляю решительно, потому что при сложившейся ситуации, это самый верный способ победить впечатления от прошедшей ночи и снова встать на путь старых, «родных» друзей. – Если обещаешь, что не разобьешь ей сердце, как ее козел-бывший, я тоже пообещаю сделать все возможное, чтобы преподнести ей тебя с лучшей стороны.
– Эй, не гони лошадей, я не могу обещать такое, когда даже не начал с ней нормально общаться! Вдруг, узнав ее поближе, я пойму, что ее характер не соответствует внешности?
– Все у нее соответствует! Просто ты, как типичный мужик, ищешь пути отхода. Ну и черт с тобой, не обращайся ко мне за помощью, пока не поймешь, что она тебе, такому идеальному внешне и внутренне, подходит! – сержусь на его типичную позицию в отношении противоположного пола. – Ты, между прочим, дубоголовый и неромантичный чурбан, Паша, так что не всякая девушка такой подарочек выдержит.
– Не переноси на меня и Ксюшу свои личные… – осекается на середине предложения Паша, но я и так понимаю, что он хотел сказать.
Это переполняет чашу эмоций, которые я уже успела испытать в это злосчастное утро и глаза наполняются злыми слезами, но я не хочу их ему показывать, поэтому решаю не продолжать глупый спор и резко отодвигаю от себя тарелку, прежде чем вскочить на ноги.
– Я поеду к родителям на такси, так что не нужно меня подвозить, – говорю, едва сдерживая всхлип. – Выход найдешь сам.
– Фима, постой! – говорит мне вслед Паша, но я лишь показываю ему средний палец и не оборачиваясь иду в спальню, запирая за собой дверь и заглушая плач в подушке.
***
Смотрю на захлопнувшуюся дверь спальни Фимы и раздраженно выпускаю воздух сквозь зубы. Черт, как же сложно с этими женщинами!
Я понимаю, что измена Лени здорово подкосила ее.
