Мы быстро доезжаем до парка, слушая музыку и переговариваясь на общие темы. Все, как всегда. Ничего и правда не изменилось, как я боялась, вот только это все больше начинает меня злить. Вот почему Паша такой?! Почему ему так легко отмахнуться от произошедшего, почему его не рвут чувства, как меня? Я уже до смерти устала нести в себе эту боль и обиду от неразделенной любви, хотя по справедливости, он ведь о ней не знает. Однако, это все равно меня злит.
– Давай возьмем кофе? – предлагает Паша, когда мы оказываемся в парке и натыкаемся на симпатичную маленькую кофейню, и я соглашаюсь.
Обхватив теплые картонные стаканчики, мы катим коляску с довольным и спокойным сыном по ровным дорожкам, рассматривая прохожих и играющих детей. Паша в очень хорошем настроении, потому что он часто улыбается и смотрит кругом так, словно ему безумно хорошо. Я знаю этот взгляд довольного жизнью человека, но конкретно у моего друга он не появлялся с тех пор, как он расстался с Ксюшей.
– Как продвигаются дела с ремонтом? – спрашиваю у него.
– Отлично, почти завершили. Скоро съеду от Миши, максимум еще неделя осталась.
– Ого, как быстро время пролетело! Если все будет так же красиво, как на эскизах Амелии, то я не захочу от тебя уходить.
Амелия – дизайнер, которого я же ему и посоветовала когда-то. Учитывая, что квартира должна была стать сюрпризом к свадьбе, Ксюша о ней не знала и не принимала участия в оформлении. Паша мне скидывал эскизы, а когда родился Ники советовался насчет детской. Мне уже не терпится все увидеть вживую!
– Тогда не уходи, – подмигивает мне Паша, заставляя мое сердце бешено колотиться от волнения.
– Мой дом – твой дом.
– Ты можешь пожалеть о своих словах.
– Собираешься оккупировать мою территорию? – улыбается он, придвигаясь ближе ко мне. – Я знаю, как заставить врага бежать со всех ног.
Я не ожидаю такого, поэтому громко вскрикиваю, когда он принимается меня щекотать, и делаю попытку убежать, но Паша перехватывает меня сильной рукой и обвив за талию, кружит в воздухе, пока я хохочу, как сумасшедшая.
Только испуганный плач Никиты из коляски заставляет нас вспомнить, что мы родители, а не школьники на прогулке.
– Все-все, мой хороший! – взяв его на руки, укачиваю я. – Мама тебя напугала, да? Глупая мама!
Сыночек постепенно затихает и я даю ему бутылочку с водой, прежде чем положить обратно в коляску и продолжить прогулку.
– Какие у тебя планы на вечер? – спрашивает Паша, когда мы решаем, что пора бы домой.
– Ничего особенного, – вздыхаю я.
