Я слишком эмоциональная к нему. Неважно, что мои эмоции выражают ненависть, главное, что они есть, и это, видимо, заводит мужчин. Нужно быть равнодушной. Равнодушие бьет похлеще оскорблений. Надеваю маску безразличия. — Как ты себя чувствуешь?
— Прекрасно, — безэмоционально отзываюсь я.
— Я сделал тебе прописку, — подходит к столу, вынимает из папки листок, протягивая мне. Беру, читаю совершенно незнакомый адрес. Мне безразлично. Моя прописка нужна была ему. Не благодарю. — Можешь пользоваться при необходимости, все законно.
Временная прописка на три года, при надобности можем продлить.
— Хорошо, — просто киваю. Я не буду ей пользоваться никогда.
— Ты давно не брала выходной. Дарина уже справляется, можешь взять положенные тебе три дня.
— Хорошо, но выходные мне пока не нужны, — сдержанно отвечаю ему.
— Ты практически не покидаешь пределы усадьбы. Есть причины? — серьёзно спрашивает он. Ага, сейчас прямо рассказала ему все свои причины.
— Нет причин, — четко отвечаю я.
— У молодой, красивой девушки нет причин взять выходной?
— Андрей Сергеевич, если у вас нет больше рабочих вопросов, позвольте мне вернуться к работе.
— После того, как ты ответишь мне, понравились ли тебе лилии.
И тут моя отстранённость и холодность дает сбой.
Марк гаденыш! Обманул! Внаглую. Подружка-то у меня врушка. Ношусь тут с этими цветами, как дура.
— Цветы были от тебя?
— Ты ожидала их от кого-то другого? — ревностно интересуется он.
— Я вообще ни от кого ничего не жду. Цветы прекрасны. Но вам не следует больше мне их дарить.
Нас должны связывать только рабочие отношения, — четко проговариваю я. — Не выкидывайте больше деньги на помойку, поскольку все ваши жесты полетят именно туда, — проговариваю и, не дожидаясь разрешения, покидаю кабинет…
______________
Глава 6
Андрей
— Пап, смотри! — малая восторженно распахивает глаза, указывая пальцем в небо. Там воздушный змей в виде жар-птицы летит по ветру. Динка хлопает в ладоши и смеётся. Перевожу взгляд на семейную пару и мальчика лет пяти, запускающего змея.
Счастливые, полноценные – все, как положено: мама, папа, ребёнок; женщина беременна вторым. Идеально до тошноты, как в рекламе йогурта. А у нас не так. Нет у нас мамы и не было никогда. Точнее, Дина никогда ее не видела. Ее мама умерла при родах. Когда Дину вытащили, Карина уже была мертва."
"Мы даже не были женаты. Дина появилась по залету. Я радовался ребенку и возможности жениться – Карина шикарная женщина. Но то, что она шикарная, считал не только я.
