А я без оружия, решил тебя вырубить кулаком, — ответил он похлопывая себя по карманам и показывая, что кобуры на нём нет. — Приказ у нас — работаем под «гражданских», не светимся, без табельного то бишь. Озвучили — «не тревожить, не пугать население». Сбор информации, анализ, в общем, только оперативными методами, не силовыми… Вот такие дела.
Я не ответил. Такое запросто могло быть. Особенно с учётом характера дел, которыми занимался Орлов. Да и подход у конторских иной — тихий, без лишнего шума.
— Ну и? — спросил я.
— Дальше что думаешь делать?
Он глянул в сторону озера.
— Надо искать Мельникова. Пока не поздно. Живого или нет — всё равно надо найти.
— Где искать? Есть мысли? — я не опускал пистолет.
— Я не враг тебе, Петров, — спокойно сказал он. — Если б хотел — давно бы копал под тебя. Общее дело делаем, надо нам объединяться. Что скажешь?
Я молчал. Что-то не сходилось. А майор пошевелился.
— Один шаг в сторону — и стреляю, — сказал я негромко. — Ты же помнишь?
Орлов кивнул. Без слов. И сразу было видно: понял, что не шучу.
— Ладно, допустим, — сказал я, не опуская пистолета и раздумывая. — Допустим, я тебе поверил, Борислав Гордеевич. И, допустим, ты действительно не узнал меня… Но скажи мне честно: ты видел, как озеро чернело? Только что…
Орлов прищурился.
— Ха! В каком смысле — чернело?
— В прямом, бляха-муха! Почернело. Как в байках городских местные судачили.
Он повернулся, посмотрел на воду.
— Сейчас темно. Обычная вода. Да, густая, тёмная — но ведь ночь же.
Я тоже повернулся к озеру.
И похолодел.
Сейчас оно было обычным. Тёмная, будто маслянистая гладь, как и должна быть в такую ночь. Никакой черноты, никакой потусторонней глубины, никакого провала в ад. Просто вода и вода, какая и может быть в ночном лесу.
— Твою мать, — пробормотал я. — Этого не может быть…
Орлов посмотрел на меня с непониманием.
— Что не так, Петров? — спросил он. — Показалось? Бывает… Ты же только что по голове получил.
— Я точно видел, — отрезал я. — Оно было чёрное. Как мазут. Я это видел, как сейчас вижу тебя.
Оно прямо на глазах темнело, как будто кто-то тушь в него вылил.
Он молчал. Потом, неуверенно и с некоторой иронией, добавил:
— Не в обиду, Григорич, но знаешь… э-э… психи, говорят, тоже всегда уверены, что они нормальные.
Я усмехнулся без веселья.
— Ну да, есть такое… Но не про меня. У меня жена — криминальный психолог. Уж она бы давно раскусила, если бы я поехал крышей.
— Тогда, может, и правда… — Орлов глянул на воду. — Что-то было.
