— Коньяк? — заметила она, принюхавшись и поднимая изящную бровь. — Очень интересно…
— Неформальное общение со свидетелем, — шепнул я на ухо жене, а потом уже громко добавил: — Она пришла с новой важной информацией. Я решил выслушать. Не как на допросе, по-человечески, так сказать.
Света кивнула, шагнула ближе к столу. Скользнула подозрительном взглядом по обстановке, будто искала, как минимум, разбросанное в пылу адюльтера женское белье. После чего перевела колкий взгляд на Лизу.
— Вы, простите, у нас кто будете?
— Лиза, — тихо произнесла та.
— Простите, но я с Андреем Григорьевичем беседовала по делу, которое он расследует. Как свидетель беседовала…
Грунская вмиг поняла, что связывает нас с вошедшей. И это её смутило и даже обескуражило.
— Ага, — коротко отозвалась Света. — За стаканом коньячка… Недурно так беседовать.
— Это, простите, не ваше дело, я просто…
— Так… — негромко, но в то же время резко оборвала Света. — Гражданочка… Если ваша часть показаний окончена, то, наверное, вы можете быть свободной.
Да, Андрей Григорьевич? Нет возражений у вас?
— Мы закончили, — кивнул я.
Лиза подхватила сумочку и продефилировала к двери. Шла, что интересно, неспешно, чинно, виляя бедрами, как она это умеет. Рисовалась, разжигая в сопернице тихую ярость.
— До свидания, Андрей Григорьевич, — уже в дверях она обернулась и одарила меня ослепительной улыбкой.
От такой улыбки не только жена заревнует.
— Всего доброго, — кивнул я сдержанно, под сканирующим взглядом Психологини.
Грунская вышла. Света, фыркнув, закрыла за ней дверь и повернулась ко мне.
— Ну что, — начала она уже другим тоном, — интересно у вас тут, Андрей Григорьевич. Коньяк, закрытый кабинет, да и свидетель — девушка. Красивая, к слову. И часто вы такие неформальные беседы устраиваете?"
"Я сделал шаг вперёд, улыбаясь. Света стояла у стены, будто скованная внутренним холодом, но глаза… Глаза её не были холодны. Они горели тем самым огнём, который я знал.
— Свет… — тихо сказал я. — Это работа. Ты же знаешь, что я не вру.
Да? Ты психолог…
— А ты в курсе, что психологи не могут анализировать близких и самих себя? — сверкнула она взглядом, будто хотела обжечь. — Так что не надо мне тут…
Света хотела еще что-то продолжить, что-то предъявить, поревновать, но я обхватил ее крепко и, притянув к себе, занял губы поцелуем. Она ответила страстно, даже слишком, чтобы не могло не случиться продолжения. Я снова повернул ключ в скважине, но в этот раз, слава богу, никто к нам больше не постучался.
