Молодые бойцы не без злорадства заталкивали законных в милицейские «газики» и, не очень разбираясь в воровских мастях, заламывали авторитетам руки, били по лицу. Сплевывая зубы и кровь на землю, законные матерились, кидали проклятия ментам и грозились перевешать «сук поганых на всех заборах».
В прессе появились материалы о несостоявшемся воровском сборище. Журналисты отмечали, что операция проводилась исключительно профессионально, а степень секретности была настолько высока, что о намечавшейся акции командиры подразделений узнали буквально за час до начала схода.
Из газеты в газету кочевали фотографии, где каждый мог увидеть бесчестье воров – поднятые вверх руки в наручниках, расставленные в стороны ноги, окровавленные лица.
В тот же день Варяг поручил Ангелу через своих людей связаться с Главной российской коллегией адвокатов, пообещав весьма солидную сумму за скорейшее освобождение законных. Группа виднейших адвокатов немедленно организовала свой небольшой «сход», где прорабатывались всевозможные варианты незамедлительного освобождения подопечных.
Уже через несколько часов после долгих телефонных переговоров с начальником Екатеринбургского УВД с помощью адвокатов была отпущена первая группа задержанных из девяти человек, а через два-три дня камеры СИЗО распрощались и с остальными законными.
Главное здесь было не в том, что кто-то из задержанных «уважаемых людей» получил омоновским прикладом по голове или в свалке потерял зуб. Основная проблема состояла в том, что определенные силы попытались помешать Варягу через сход «правильных» людей навести порядок на уральской земле.
Сознательно срывая съезд воров, они мешали Варягу разобраться в ситуации. Кто есть кто? На кого он может опереться, а кто втихаря обделывает свои дела, беспредельничает и пытается самочинно управлять территорией.
В первый же день после ареста схода Варягу сообщили, что организация и обеспечение сходняка были возложены на пятерых авторитетов из Екатеринбурга. По телефону, беседуя с Ангелом, эти горе-лидеры клятвенно уверяли, что безопасность гарантирована, а в доме отдыха, где пройдет сход, на карауле будет находиться самая опытная и подготовленная команда.
Охраной непосредственно руководил вор по кличке Шанхай. Накануне он заявил, что лучше набросит себе петлю на шею, чем допустит беспредел со стороны ментов.
Слово было брошено. А в воровской среде сказанное свято: от своих слов не откажешься. Промахов законные не умели прощать.
