Простое убранство составляли кровать, плательный шкаф, зеркало и небольшой письменный столик с креслом. Однако девушка очень любила свою маленькую мрачноватую спальню, ибо до сих пор помнила ту убогую крестьянскую избу, в которой жила с отцом до четырех лет."
"Без промедления переодевшись в домашнее розовое платье, Груша направилась по широкому коридору, украшенному по низу стен светлыми деревянными панелями, в спальню княжны. Открыв тяжелую помпезную дубовую дверь, девушка оказалась в яркой комнате с гобеленами на стенах, изображавшими большие бледно-розовые цветы.
Княжна полулежала на небольшом гобеленовом диванчике и, недовольно вздыхая, закладывала в рот крупные виноградины, которые лежали на серебряном блюде перед ней.
— Ах, Груша, сядь со мной. Отчего-то мне так тоскливо, — велела Татьяна.
— Просто вы устали, Татьяна Николаевна, — сказала Груша, опустившись на кресло, стоявшее напротив диванчика. — Дорога из Петербурга такая утомительная.
— Да нет, дело не в этом, — раздраженно заметила княжна и со звоном поставила серебряное блюдо с виноградом на резной ореховый столик.
— Константин никак не едет. А я так устала заниматься этими нудными делами в усадьбе.
— Но ведь Андрей Прохорович неплохо справляется с хозяйственными делами, — ответила Груша, не понимая, с чего вдруг княжна решила, что она занимается делами усадьбы. Еще ни разу со смерти старого князя Груша не видала, чтобы Татьяна Николаевна решала хоть один вопрос, касающийся поместья.
— Да прям, справляется, — как-то кисло сказала княжна. — Тогда отчего же, едва мы по осени уехали с тобой в Москву, он уже через месяц письмо прислал, да в нем просил, чтобы мы вернулись обратно, а то он не знает, в какой цвет восточный флигель перекрашивать. Так что Елагин не может ничего и решить-то без меня. Ты же знаешь, как он всю зиму чуть ли не в каждом письме зазывал меня обратно сюда, в деревню, и постоянно писал, приезжайте да приезжайте. Все же он не понимает, как чудесно время проводить в столицах, — добавила недовольно княжна.
— Вот раньше, когда папенька был жив, так я по полгода в Петербурге жила.
— Так и было, — ответила Груша. Она вспомнила, как все свои детские и отроческие годы безвылазно провела здесь, в Никольском. Князья с дочерью каждую зиму переселялись в свой особняк в Москву или гостили в Петербурге у родственников, наслаждаясь зимними балами, забавами и всякими увеселениями.
